ВИК Марковцы

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ВИК Марковцы » Исторический » Красный террор в годы гражданской войны


Красный террор в годы гражданской войны

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

По материалам Особой следственной комиссии по расследованию

злодеяний большевиков.

СПИСОК

священнослужителей, убитых большевиками в пределах Ставропольской епархии
(Ставропольская губерния и Кубанская область) при двукратном захвате ими этой местности
в первой половине 1918 года и в октябре того же года
1.   Священник станицы Барсуковой, Кубанской области, Григорий Златорунекий, 40 лет.
2.   Священник станицы Попутной, Кубанской области, протоиерей Павел Васильевич Иванов, 60 лет (прослужил в этой станице 36 лет).
3.   Священник станицы Вознесенской, Кубанской области, Алексей Ивлев, 60 лет.
4.   Священник станицы Удобной, Кубанской области, Федор Березовский, 50 лет.
5.   Священник станицы Новощербиновской, Кубанской области, Алексей Мелиоранский, более 50 лет.
6.   Священник станицы Георго-Афонской, Кубанской области, Александр Флегинский, 50 лет.
7.   Священник станицы Должанской, Кубанской области, Иоанн Краелов, 40 лет.
8 и 9. Священники станицы Поповичевской, Кубанской области, Николай Соболев и Василий Ключанский.
10. Священник станицы Придорожной, Кубанской области, Петр Антониевич Танцгора, 41 года (осталось 5 человек детей).
11. Священник станицы Спокойной, Кубанской области, Александр Бубнов, 53 лет.
12. Диакон станицы Урюпской, Кубанской области, Василий Нестеров.
13. Священник станицы Ключевой, Кубанской области, Моисей Тырышкин.
14. Священник станицы Убинской, Кубанской области, Аркадий Добровольский.
15. Диакон станицы Успенской, Кубанской области, Котлов.
16. Священник станицы Некрасовской, Кубанской области, Георгий Руткевич.
17. Священник села Ореховского, Ставропольской губернии, Илья Лавров, 60 лет.
18. Священник села Бешнагир, Ставропольской губернии, Дмитрий Евтихиевич Семенов.
19. Священник села Архиповского, Ставропольской губернии, Дмитрий Голубинский.
20. Священник села Тахры, Ставропольской губернии, Николай Лосинский.
21. Псаломщик села Преградского, Ставропольской губернии, Георгий Русецкий.
22. Священник села Новогригорьевского, Ставропольской губернии, Виктор Дьяковский.
23. Дьякон села Кугульмы, Ставропольской губернии, Василий Рождественский и четыре прихожанина его при хода, заступившиеся за него.
24. Села Горькая Балка, Ставропольской губернии, священник Василий Богданов, (тяжело ранен и брошен, как убитый, но остался жив).
25. Того же села священник Гавриил Соболев.
26. Тоже клитор Минко.
27. Тоже псаломщик Слинко.

     Убиты в указанных станицах и селах проходившими красноармейскими частями по обвинению в сочувствии "кадетам и буржуям", в осуждении большевиков в проповедях, в том, что служили молебны для проходивших частей Добровольческой армии; во многих случаях тела убитых были выброшены за селениями с запрещением их хоронить; в отдельных случаях родственники убитого покупали право похоронить его за большие деньги.

28. Священник станицы Владимировской, Кубанской области, Александр Подольский, 50 лет, окончивший университет по юридическому факультету. Зверски убит красноармейцами за то, что служил молебен перед выступлением своих прихожан-казаков против красноармейцев. Прежде чем убить, его долго водили по станице, глумились и били его, а потом вывели за село, зарубили и бросили на свалочном месте. Один из прихожан, пришедший его похоронить, был тут же убит пьяными красноармейцами.
29. Священник станицы Незамаевской, Иоанн Пригоровский, 40 лет, крайнего левого направления. В Великую Субботу 1918 года из храма, где он находился и где в это время богослужение совершалось другим священником, выведен красноармейцами на церковную площадь, где они с руганью и бранью на него набросились, избили его, изуродовали лицо, окровавленного и избитого вытащили за станицу и там убили, запретив хоронить.
30. Священник Марии-Магдалинского женского монастыря, Кубанской области, Григорий Никольский, за 60 лет, пользовался большой любовью и уважением прихожан и всех окружающих; глубоко верующий человек, исключительно даровитый оратор. 27 июня 1918 года после литургии, за которой приобщал молящихся, был взят красноармейцами, выведен за ограду и там убит выстрелом из револьвера в рот, который его заставили открыть при криках "мы тебя приобщим".
31. Священник села Соломенского, Ставропольской губернии, Григорий Дмитриевский, 27 лет. Выведенный красноармейцами за село на казнь, просил дать ему помолиться перед смертью; опустился на колени и молился вслух, осыпаемый насмешками по поводу произносимых молитв и требованиями кончать молитву скорее; не дождавшись этого, красноармейцы бросились на него, коленопреклоненного, с шашками и отрубили ему сначала нос и уши, а потом голову.
32. Заштатный  священник Золотовский,  старец 80 лет, проживавший в селе Надежда, близ города Ставрополя. Был захвачен красноармейцами во время сна после обеда. Красноармейцы вывели его на площадь, нарядили в женское платье и требовали, чтобы он танцевал перед народом, а когда старик отказался, они его тут же повесили.
33. Заштатный священник Павел  Калиновский, 72 лет, проживавший в городе Ставрополе. Во время захвата этого города в октябре 1918 года красноармейцами был арестован за то, что имел внуков офицеров, и приговорен к наказанию плетьми. Умер под ударами.
34. В селе Безопасном убиты священник Серафимовской церкви Леонид Соловьев 27 лет и дьякон Дмитриевской церкви Владимир Остриков 45 лет. Убили их местные большевики, они были захвачены, причем их вывели на место, где раньше закалывали чумной скот. Велели им самим себе рыть могилу, а затем набросились на них, зарубили шашками и недорубленных, полуживых закопали в на половину вырытую могилу. Никаких особенных обвинений им не предъявлено, а просто признали нужным извести как священников.
35. Военный священник, фамилию которого не удалось установить, проезжавший через село Воронцово-Николаевское, Ставропольской губернии (близ станицы Торговой), возвращаясь из своего полка на родину. Задержан красноармейцами, которые тут же его убили, нанеся ему многочисленные раны штыками и шашками, кощунственно уподобляя это гнусное дело священному акту приобщения со лжецы таен Христовых.
36. Священник хутора Полайко, Черноморской губернии, Иоанн Малахов и жена его Анна Малахова. 3 августа 1918 года были приведены красноармейцами в станицу Мингрельскую, Кубанской области, и после издевательств и надругательств над обоими, особенно над матушкой, расстреляны.
37. Псаломщик Свято-Троицкой церкви станицы Восточной, Кубанской области, Александр Михайлович Донецкий был приговорен за "принадлежность к кадетской партии" к заключению в тюрьму, но по дороге сопровождавшим его отрядом был 9 марта 1918 года убит и изрублен красноармейцами. По их распоряжению тело убитого зарыто на местном кладбище без отпевания.
Список этот далеко не полный, так как получение соответствующих сведений крайне затруднено отсутствием правильного почтового и телеграфного сообщения, затруднительностью передвижения в отдаленные пункты обследуемой территории и крайней терроризованностью населения, еще допускающего возможность появления вновь большевиков и потому боящегося давать показания.
II.

     Большевистская власть официально провозгласила свободу вероисповеданий. На деле же эта свобода обратилась в систематическое и беспощадное гонение на православную веру и на служителей Православной церкви и в сплошное расхищение церковного достояния. Православная вера поставлена под строгий контроль: церкви объявлены собственностью государства и вместе со всем имуществом признаны подлежащими безвозмездной передаче через комиссаров отдельным группам лиц, которые бы пожелали принять на себя управление Церковью, при условии принятия на себя ответственности перед властью за все то, что говорится с церковной кафедры или что пишется от имени Церкви — словом, за все направление церковной деятельности. Ясно, что в основу такой своеобразной общины положено не удовлетворение церковных нужд, а всяческое стеснение в деятельности Церкви.

     Одновременно с этим новая власть стала всячески стеснять проявление и воспитание религиозного чувства вне церкви: преподавание Закона Божьего в школах запрещено, и священнослужители от школ отстранены окончательно; из школ удалены иконы, установлен налог на ношение священнических наперсных крестов, церковные браки признаны недействительными и пр., — одним словом, Церковь не только взята под подозрение, но приняты все меры к дискредитированию ее авторитета в народных массах и к вселению в этих массах убеждения в том, что религия не только не нужна, но и вредна, так как она является для народа тем опиумом, который только одурманивает народное сознание. Началось глумление над духовенством и над священными предметами богослужения. Духовенство стали истязать и избивать до смерти; алтари и предметы богослужения подвергнуты осквернению. Убиты четырнадцать высших представителей духовенства, и среди них: митрополит Киевский Владимир, архиепископ Пермский Андроник и бывший Черниговский Василий, епископ Тобольский Гермоген, затем епископы Макарий и Ефрем, викарий Новгородский Варсанофий и Вятские викарии Амвросий и Исидор. Особенно жестоким истязаниям был подвергнут архиепископ Андроник, которому были вырезаны щеки, выколоты глаза и обрезаны нос и уши; в таком изувеченном виде его водили по городу Перми, а затем сбросили в реку. Гермоген Тобольский был зимой прошлого года отправлен на окопные работы, а затем также потоплен. Число замученных священников не поддается в настоящее время учету, но во всяком случае их надо считать тысячами, и истребляются не только священники, но и их семьи. Мученический венец приемлется несчастными подчас с величайшим смирением и героизмом. Протоиерей Восторгов, приговоренный вместе с другими лицами к расстрелу, запретил завязывать ему глаза и просил расстреливать его последним, чтобы иметь возможность напутствовать в новую жизнь всех других расстреливаемых.

     Некоторым сдерживающим моментом в репрессивной деятельности большевиков является их боязнь народного гнева, они не могли и не могут считаться со все усиливающимся проявлением в народе религиозного чувства. Особенно показательны в этом отношении те грандиозные крестные ходы, которые имели место в Москве из всех ее многочисленных церквей на Красную площадь и к древнему Кремлю. По улицам со всех сторон вливались на площадь живые потоки народа, над которым колыхались многочисленные хоругви, предшествуемые всем столичным духовенством. Могучие звуки церковных песнопений оглашали воздух: пели не церковные хоры, пел весь народ. Никого не сдерживала опасность быть расстрелянным при первом же провокационном выступлении; все были преисполнены одним лишь чувством молитвенного настроения. И вот, под покровом этого настроения, патриарх Тихон, вручив свою судьбу Богу, открыто и бесстрашно выступил против большевистской власти: он заклеймил анафемой эту преступную власть, он произнес в Казанском соборе в Москве грозную проповедь, он издал к годовщине владычества большевиков послание к Совету народных комиссаров, приглашая их прекратить грабеж и уйти. Каждое слово этого послания грозило патриарху смертью, но он бесстрашно отправил его Ленину и принял все меры к широкому его распространению. И несмотря на все это, большевики, по имеющимся сведениям, ограничились пока в отношении патриарха Тихона домашним арестом. Но таких исключений, конечно, мало. К ним можно было бы еще причислить отношение к митрополиту Петроградскому, который один только освобожден от общественных работ, к коим привлечено все петроградское духовенство, не исключая епископов.

     Иначе было в городе Туле, где весною 1918 года большевики расстреляли крестный ход из пулеметов, причем были убиты и ранены священник и несколько молящихся.

     Наряду с насилиями над служителями Церкви чинится и разграбление церковного имущества. Еще в январе 1918 года большевики ограбили всю кассу Святейшего синода, потребовав от его казначея выдачи всех денег и процентных бумаг, всего на 43 миллиона рублей. В сентябре того же года большевики забрали последние синодские деньги в количестве 3—4 миллионов. Во многих епархиях захватываются свечные заводы, дающие главный источник существования епархии и окончательно разграбляются епархиальные кассы. До основания разграблена Троицко-Сергиевская лавра с ее знаменитой ризницей. Ограбление храмов в большинстве случаев сопровождается невероятными кощунствами, так, из священных облачений грабители-большевики шьют себе и своим подругам по кутежам штаны и юбки, шьют и попоны для лошадей, причем кресты облачений приходятся на задние части тела. На иконах выкалываются глаза, у рта делается отверстие, в которое вставляется папироса и под иконой делается подпись: "Кути, товарищ, пока мы тут; уйдем — не позволят". Престолы обращаются в отхожие места, а алтари — в места для попоек и разврата.

     Все изложенные факты основаны на твердых проверенных данных.

0

2

СВЕДЕНИЯ О МАССОВЫХ УБИЙСТВАХ,

совершенных большевиками (коммунистами)

в июне-июле 1918 года

в городе Ставрополе (Кавказском)

     Большевистская власть организовалась в городе Ставрополе в январе 1918 года. Не имея поддержки в здоровой части общества, а опираясь исключительно на хулиганские и преступные элементы черни, власть эта вынуждена была потворствовать грабительским и кровожадным инстинктам этой толпы и постепенно, но очень быстро пришла, как и везде, к проведению в жизнь жестокого террора, разыгравшегося в полной мере в конце июня и начале июля 1918 года. Подготовкой к этому явились обыски и реквизиции; первоначально было объявлено об обязательной регистрации оружия, якобы для выдачи разрешений на право его иметь. Когда же соответствующие сведения поступили, то все оружие [было конфисковано], причем отбиралось все, не исключая охотничьих ружей, кинжалов и т. п.; обыски эти были использованы производившими их красноармейцами и матросами в целях безудержного и повального у всех обыскиваемых грабежа. Одновременно был применен и общепринятый большевиками прием — наложение контрибуции на "буржуев" с взятием заложников и заключением их в тюрьму. Вслед за этим распространились по городу слухи о предстоящем избиении "буржуев", под каковое понятие и здесь, как и везде, подводятся прежде всего офицеры, затем состоятельные люди и, наконец, интеллигенция. Наибольшая опасность угрожала офицерам, которые в чис ле до 900 человек все были зарегистрированы. Слухи эти были основаны на том, что красноармейцы открыто угрожали таким избиением. Некоторых же обывателей предупреждали об этом, советуя уехать или принять иные меры предосторожности. В городе создалось напряженное, тревожное состояние; выходить на улицу после 10 часов вечера было запрещено; с наступлением этого часа на улицах воцарялась жуткая тишина, в домах же люди не спали в ожидании надвигающихся ужасов, по улицам мчались автомобили с черными флагами, с сидящими в них людьми, вооруженными с ног до головы, возбужденными, кровожадными и в то же время полными страха от кажущихся им всюду врагов и заговоров. Одновременно по квартирам бродили шайки красноармейцев и вооруженных рабочих, часто пьяных.

     Обыски, в которых принимали непосредственное участие и высшие представители советской власти, уже не ограничивались одним грабежом, а часто заканчивались арестами обыскиваемых, производившимися по усмотрению любой кучки красноармейцев.

     Кровавый террор начался в ночь с 19 на 20 июня; с этого числа все последующие дни и ночи комиссариат был переполнен арестованными и конвойными красноармейцами. Из этих арестованных многим не суждено было больше вернуться на свободу, так как эти несчастные, по циничному выражению палачей-большевиков, "пускались в расход", т. е. были убиваемы самым бесчеловечным образом. Первым был убит в ночь с 19 на 20 июня А. А. Чернышев, педагог, гласный Городской думы, социалист-революционер, арестованный 16 июня на вечеринке за то, что неодобрительно отзывался о большевиках. 20 июня труп его был обнаружен и опознан в Мамайском лесу, близ города, причем на трупе были следы многочисленных шашечных и штыковых ударов, нанесенных, главным образом, в грудь, в голову, в частности, в висок и в лицо; пулевая рана в спину между лопаток, отрублен указательный палец, раздроблена голова, выбит глаз, вывихнута кисть руки. 20 июня был арестован и на следующий день убит отставной генерал И. А. Мачканин, 80 лет, участник Крымской кампании, покорения Кавказа и Турецкой войны, который уже по возрасту своему не мог представлять для большевиков никакой опасности; тем не менее убит он с исключительной жестокостью: труп его был найден в так называемом "Холодном роднике", в овраге, под несколькими другими трупами. Весь окровавленный, труп престарелого генерала был в одном нижнем белье и в носках, залитых кровью; в области груди и спины оказалось до 24 колотых ран, голова почти была отделена от шеи ударом шашки сзади. Трупы, из-под которых было извлечено тело генерала, оказались трупами домовладельца города Ставрополя В. Г. Жукова, его сына, Ивана Бедрика и офицера Мирзоева. Жуков и Бедрик были убиты поселенными в их доме красноармейцами, которые вывели их на улицу, тут же зарубили их и, вернувшись вслед за этим в их квартиру, пьянствовали там и плясали, заставив проживавшего в квартире Жукова англичанина Бейера играть им на рояле и танцевать, причем предварительно его ограбили.

     Вслед за этим были убиты старший советник Ставропольского губернского правления Барабаш; сын генерала Мачканина штабс-капитан Н. И. Мачканин — за то, что осмелился похоронить труп своего отца; генерал-майор в отставке С. А. Акулов, полковник Никольский, 72 лет, офицеры Газиев, Яковлев и многие другие. Убивали людей повсюду: около их домов, близ вокзала, в казармах, трупы находились на улицах, в канавах, в лесу под городом, и т. д.; среди зарубленных были офицеры, частные лица, старики, подростки-гимназисты; все найденные трупы оказались в одном нижнем белье, одежда и обувь отбирались красноармейцами; на всех трупах обнаружены многочисленные ранения и огнестрельным, и холодным оружием, преимущественно по голове, по лицу, по глазам, следы побоев, вывихов и даже удушения, у многих головы раздроблены, лица изрублены, все это свидетельствует о невероятной жестокости убийц, наносивших своим жертвам, раньше чем с ними покончить, возможно больше мучений.

     Все возраставший террор большевиков, многочисленные аресты и убийства офицеров и мирных граждан привели остававшихся еще в Ставрополе офицеров к сознанию, что всех их ждет неминуемая смерть; вследствие этого в существовавшую задолго до этого небольшую офицерскую организацию стали поступать новые члены, и участникам этой организации стало ясно, что единственная надежда на спасение заключается в немедленном выступлении против большевиков. Выступление это состоялось 27 июня, но вследствие крайней малочисленности фактически принявших в нем участие, вследствие полной неподготовленности окончилось неудачей: почти все участники восстания были перебиты еще в неравном бою нескольких десятков человек с тысячами красноармейцев и вооруженных ими рабочих. Вождь восстания полковник Ртищев с братом были доставлены в город и здесь расстреляны на Ярмарочной площади, а наиболее жестокая участь постигла тех, кто был пойман и посажен в тюрьму; таковых было 12 человек: Дмитрий Иванович Новиков, Георгий Иванович Новиков, Валентин Иванович Руднев, Сергей Поспелов, Николай Шереметьев, Александр Ангаров, Александр Цыпин, Борис Еремеев, Василий Бибер, Аразам Аролод Белоусов, Сергей Иванович Васильев и Леонид Михайлович Михайлов.

     Яркую картину патологической жестокости казней-убийств на дворе тюрьмы рисуют очевидцы — чины тюремной администрации. Все указанные лица были доставлены в тюрьму как кадеты толпой красноармейцев и рабочих, которые стали требовать немедленной казни заключенных; ворвались в тюрьму и заставили надзирателей открыть камеры; в это же время приехал в тюрьму большевистский комендант города Прокомедов, который и приказал казнить всех приведенных "кадет". Были выведены на секретный двор трое: братья Новиковы и Руднев, которые тут же самым зверским образом были зарублены шашкой одним из красноармейцев — Коваленко, с остервенением наносившим удары куда попало. Зрелище было настолько потрясающее, что даже озверевшие рабочие не могли вынести этого, и по их требованию казнь остальных девяти была при остановлена, а один из зарубленных — Георгий Новиков, чудом оставшийся в живых, несмотря на нанесенные ему по шее, груди и рукам 13 ран, был отнесен в тюремную больницу, вопреки протестам рубившего его красноармейца Коваленко, члена малой коллегии комиссаров Лапина и некоторых других, требовавших, чтобы Коваленко было предоставлено добить Новикова, причем сам Коваленко метался по тюрьме с окровавленной шашкой, ругаясь самыми непристойными словами и грозя перебить всю тюремную администрацию. Позднее приехал в тюрьму начальник Красной армии в Ставрополе Шпак, по приказанию которого были выведены во двор остальные девять заключенных и, за исключением двух — Михайлова и Цыпина, относительно которых кем-то было заявлено, что они рабочие, все были убиты тем же Коваленко и другими красноармейцами, рубившими их шашками и коловшими штыками. Один из казненных, Еремеев, с вытаращенными глазами и ужасным криком вырвался от палачей и побежал вокруг тюрьмы. За ним с шашками гнались какой-то красноармеец и рабочий. Еремеев, маленький и юркий, вскочил на погреб и хотел перелезть через забор, но его стащили со стены за ноги. Тогда он вырвался и спрятался в погреб, но его вытащили и оттуда; он опять вырвался и бежал, но споткнулся о камень и упал, причем перевернулся на спину и стал отбиваться руками и ногами. Его тут стали рубить шашками, причем порубили ему руки и ноги.

     Одновременно с этими трагическими событиями в тюрьме и в последующие дни происходило избиение людей и во многих других пунктах города. Арестованные большевиками офицеры и частные лица, многие из которых не имели никакого отношения к выступлению офицерской организации, группами избивались и на улицах и площадях города, и на городских свалках, и в стенах правительственных советских учреждений. Но главным местом казней был двор бывшего юнкерского училища — громадное место в центре города, огороженное с трех сторон высокой каменной стеной, а с четвертой замыкаемое зданием, в котором помещался комиссариат, куда и приводили всех арестованных.

     Оттуда этил несчастных проводили внутрь двора, где загоняли в тесные, полные мусора камеры в полуразвалившейся башне, и там они ждали своей мученической смерти; некоторые были замучены внутри этой же башни, большинство же были выведены в конец двора, где растут большие деревья, и тут изрублены. Долго на стволах этих деревьев сохранялись следы шашечных ударов, кровь, прилипшие волосы. Здесь люди избивались десятками, и трупы их частью закапывались тут же в саду, частью вывозились на дрогах за город и там сбрасывались где-нибудь в канавах. Здесь были убиты генерал Л. А. Росляков, 64 лет, полковник Пенковский, 63 лет, братья Пашковские, 14 и 17 лет, и многие другие. Выстрелы, крики и стоны избиваемых и ругань палачей днем и ночью оглашали участки смежных владельцев и наводили ужас на весь город.

     Террор этот грозил гибелью всему населению, никто не мог быть спокоен за свою жизнь и за жизнь близких, и прекратился только благодаря приближению отрядов Добровольческой армии, занявшей город 8 июля 1918 года.

     С приходом их было приступлено к расследованию всех этих злодеяний большевиков, были разрыты десять могил, которые удалось обнаружить в разных местах, и было извлечено 96 трупов, из которых 65 опознаны родными и близкими. Эти жертвы торжественно погребены в братской могиле в ограде архиерейской Андреевской церкви, в городе Ставрополе, но указанной цифрой далеко не исчерпываются все погибшие за кровавые дни июня и июля 1918 года — много жителей пропало без вести, и нет другого объяснения этому, как то, что они были убиты и вывезены и закопаны неизвестно где.

    Все вышеизложенное основано на данных, добытых Особой комиссией в судебно-следственном порядке.

0

3

Когда был в ст.Должанской разговаривал с местым экскурсоводом.относительно священника. У него была поистине мученическая смерть..
Когда казаки уходили воевать  против красных полчищь, он вышел и с крыльца церкви стал благословлять их на ратные подвиги..Через некоторое время, станицу заняли красные и кто то из их приспешников рассказал, в месткоме, о том как священник благословлял отряды добровольцев. Кары не пришлось долго ждать..Большевики объявили, что к станице идут добровольцы и надо эвакуировать на время жителей по морю.Жена священника не поплыла а осталась ждать когда всё успокоиться.Буквально на следующий день пришёл красноармеец и принёс ей в платке запонки её мужа и она поняла, что что то не так, спросила красноармейца но тот сказал что всё нормально. И лишь когда пароход вернулся а мужа там не оказалось, нашлись добрые люди, которые сказали, что когда пароход скрылся за горизонтом священника ЖИВЬЁМ!! Сожгли в топке парохода.!!

0

4

ИСКОЛА(Т)СТРЕЛ
Исполнительный комитет латышских стрелков

Сей непростой рассказ печатается частично по ксерокопиям, присланных автору, мр. Хлистуновым, (Сергей Валентинович – сын поручика В. Т. Хлистунова ) из г. Сиднея и в т.ч. сведения из работы Н. А. Нефёдова.
…Когда подборка материалов для статьи была почти закончена, - П. Н. Будзилович, из дальнего зарубежья прислал примечательные дополнения о самом Нефёдове и его полной, большой работе о латышских стрелках, к сожалению, из-за технических помех оставшиеся пока "на бумаге".

Отчасти данные из личного архива составителя.
А. Азаренков

…В первой половине 1918 г. по всей России вспыхивали восстания против большевиков. Восставали политические группировки - офицерские тайные организации, эсеры, анархисты, не имеющие никакой политической идеологии, крестьяне, и конечно же, казаки. В Псковской губернии, на Псковском озере, восстали талапские рыбаки, которые позднее образовали Талапский полк и влились в Белую армию ген. Юденича. Но в середине августа на Урале, в заводских городках Воткинске и Ижевске, против „рабоче-крестьянской" власти восстали не кто иной, как сами рабочие - рабочие государственных оружейных заводов.
В последнее время в нашей стране появились ряд работ по этой теме. Эта статья написана, прежде всего по данным присланых автору из Австралии и возможно читателю будет интересным и полезным принять дополнительную информацию к сведению. Ижевцы и Воткинцы прошли свой крестный путь вместе с Белой Сибирской Армией: Великий Сибирский Ледяной Поход, Приморье, Китай…
Как и крестьяне, не имея никакой политической программы, воткинские и ижевские рабочие руководились одною целью: избавиться от власти большевиков. Когда же советские власти на созванном митинге на Ижевском заводе заявили, что часть рабочих должна отправиться на фронт "против контрреволюционных войск полковника Каппеля", наступающего в районе Казани, то большевицким агитаторам прямо заявили, что ни один рабочий защищать коммунистов не пойдет. В тот же вечер советские власти арестовали, как зачинщика бунта, председателя "Союза фронтовиков" унтер-офицера Солдатова. На следующий день, утром 7 августа, вооружившись захваченными на заводе винтовками, ижевцы подняли восстание и вступили в бой с красноармейским батальоном и отрядом австрийских интернационалистов. К вечеру австрийские интернационалисты были уничтожены, а остатки красноармейского батальона бежали из города. Организатор восстания унтер-офицер Осколков обратился к находящемуся в это время в Ижевске полковнику Л. И. Федичкину, перенять Ижевский рабочий полк под свое командование.
Описывая один из первых подобных боёв очевидцы сходятся в одном, что когда красные приблизились к городу, - взревели заводские гудки и навстречу большевикам вышли цепи людей в рабочих спецовках с винтовками наперевес. Цепь за цепью, без единого выстрела т. к. патронов почти не было, - ухарь с гармошкой впереди, - шли техники и рабочие фронтовики. Иногда пишут, что и позади передовых цепей рабочих шло сразу по несколько гармонистов, которые играли "Прощание славянки". Впереди цепи или позади, тут не важно, главное, что гармонист был обязателен при "психической атаке". Всё это производило впечатляющий эффект на красных и приводило тогда к положительным результатам для самих рабочих-воинов.
15 августа полк. Федичкин, разбив в коротком бою красноармейский гарнизон, захватил пристань Гальяны и взял под свой контроль течение Камы, по которой курсировала советская Флотия. Командующий 2-ой советской армией Рейнгольдс Берзиньш направил в район Гальян группу советских войск, которую возглавил Уфимский латышский батальон, насчитывающий 500 стрелков и 30 кавалеристов при 26 пулеметах.
В 1918 году (март-апрель) советами были сформированы воинские части красных латышских стрелков. Ю. Вациетис стал начальником Латышской советской стрелковой дивизии, которая образовалась 13 апреля, того же года. В сентябре-августе полки дивизии (1, 4, 5, 6) были уже на "Восточном Фронте".
Стремительной атакой латыши выбили 18 августа ижевцев из Гальян и вместе с другими красными частями пошли в наступление на Ижевск. Но не успел командир Латышского батальона Я. Рейнфельдс бросить своих стрелков на штурм Ижевска, как в тылу его группы войск появился новый враг. Рабочие в ближайшем городке Сарапуле, арестовав весь Сарапульский Совет и местных чекистов, сформировали свой антисоветский отряд. В то же самое время восстали и рабочие в соседнем городке Воткинске, которые под командованием капитана Юрьева ударили во фланг Уфимскому латышскому батальону и вынудили его с другими красноармейскими частями отступить на запад.
Захват североуральского района создал угрозу северному участку Восточного фронта, где оперировали 2-я и 3-я советские армии. Находящийся здесь командарм Блюхер запросил немедленной помощи. 24 сентября на ликвидацию мятежа ижевских и воткинских рабочих из Петрограда был послан 7-ой Бауский латышский стрелковый полк, Латышский артиллерийский дивизион и кавалерийский отряд. 29 сентября латышские стрелки высадились в 100 км севернее Воткинска, на станции Чепца, откуда, соединившись с частями Особой Вятской дивизии, двинулись в наступление на Воткинск.
При известии, что прибыли латышские стрелки, крестьяне покидали деревни и бежали в лес, ибо слух о их расправах над ярославскими повстанцами, о их непреклонной верности Ленину и т. д. дошел и до этих глухих мест. Об этом паническом страхе перед красными латышами рассказывает, к примеру, латышский публицист Я. Пориетис.
„…Узнав, что в наступление идут латышские стрелки, население страшно перепугалось и бежало. …Все мужчины и женщины, услышав о приближении латышских стрелков, бежали в лес. В деревнях оставались только старики. Это повторялось в каждой деревне".
Апологет латышских стрелков Я. Пориетис хотя и отмечает далее, что, мол, страх был напрасным - стрелки вели себя корректно, но нет дыма без огня. Конечно, стрелки не убивали всех жителей и не сжигали все деревни, но уже довольно того, что они расстреливали родственников присоединившихся к мятежным рабочим крестьян. Иначе крестьяне не скрывались бы в лесах. Имена же командира 7-го Бауского лат. стрл. полка Мангулса (в 1919 он прибыл со своим полком в Латвию. Во время наступления латышских национальных войск Мангулс перешел на их сторону и остался в Латвии. Здесь его даже не упрекнули ни за добросовестную службу у большевиков, ни за учиненную расправу над населением Воткинска) и латышского комдива В. Азина, учинивших кровавую расправу в Воткинске и Ижевске. После захвата непокорных городков красными, имена латышских краскомов произносились здесь не иначе как с проклятьем.
7 октября, в 35 км от Воткинска, 7-й Бауский лат. стрелковый полк и Особая Вятская дивизия повстречались с Воткинскими отрядами, которыми командовал капитан Юрьев. Бои были ожесточенными и длительными, вначале - с переменными успехами. Но со временем, хорошо обученные и имея за собой боевой опыт в 1-ой мировой войне, латышские стрелки, применяя обходы с флангов и атакуя концентрированными силами, начали одерживать победы. Подавляющее число воткинских рабочих никогда в армии не служило, ибо, как занятые на оружейных заводах, от воинской повинности они были освобождены; не было у них и офицеров — ротами и взводами командовали фельдфебели и унтер-офицеры. Тоже из бывших рабочих оружейных заводов.
Но в храбрости и стойкости они стрелкам не уступали. Сражение продолжалось, только иногда затихая на день-два, свыше месяца.
В то же время на Ижевск наступала 2-я Советская сводная дивизия под командованием латышского коммуниста, с большим партийным стажем, Валдемара Азина. Во входящем в эту дивизию, 247-м полку, было две латышские роты. Командовал полком Я. Рейнфельдс, бывший командир разгромленного ижевцами Уфимского латышского батальона. Комиссаром полка был Рейнбергс; отрядом конных разведчиков командовал Т. Калнынь; 3-им батальоном — его брат Ж. Калнынь; пулеметной командой — Осис; хозяйственной частью — коммунист с 1905 года Кондратс. Так что хотя в 247-м полку было всего две латышские роты, командные посты главным образом занимали красные латыши. Впоследствии на базе этих формирований образовалась Латышская дивизия. Во 2-й Советской сводной дивизии были и части венгерских интернационалистов.
7 ноября комдив В. Азин бросил свою дивизию на штурм Ижевска. В городе ударили в набат. На защиту родного города поднялось все население. Ижевские рабочие бросились в контратаку, но в первом же бою потеряли свыше 800 убитыми. Сражение длилось три дня, но ижевцы не могли отразить обильно снабженные пулеметами и артиллерией красные полки. 9 ноября сам Азин на бронепоезде бросился на прорыв обороны, кося из пулеметов защитников города. 10 ноября, под покровом ночи, рабочие отряды вместе с частью населения оставили город.

…Угнездившись в городе, с утра комдив В. Азин приступил к кровавой расправе над оставшимся в Ижевске населением. Родственники непокорных рабочих, в том числе старики и женщины, по приказу В. Азина были расстреляны в первый же день. Повторилась кровавая ярославская баня. За взятие Ижевска В. Азин был награжден "пролетарским знаком отличия" - орденом "Красное Знамя", в марте 1919 года. Необходимо отметить, что латышские стрелки имели свой нагрудный полковой знак. Латыши оказались ещё и пижонами! Кроме положенных в Российской Императорской Армии нагрудных знаков, своего полка, они, в Великую войну, изготовляли ещё, из подручных средств, себе значки. После 1917 года, с положенных знаков убирали монархические символы (спиливая напильником), но всё равно носили. С началом 1918 года, латышские стрелки носили на гимнастёрках и френчах нагрудный знак: красной эмали пятиконечная звезда, – в центре которой, - "плуг и молот". Наложено на венок, состоящий из 2-х частей: справа – дубовых веток и листьев, слева – лавровых листьев серо-серебристого цвета. Носился на левой стороне груди. Это был один из вариантов (до 1922 г.) утверждённых РВСР для Красной Армии. Высота знака – 7 см., ширина – 5 см.
Впоследствии и параллельно появлялись ещё несколько различных вариантов знака только для латышских стрелков и ветеранов Общества Латышских Стрелков… Те стрелки, которые остались в Латвии, были сведены 3 декабря 1918 г. в национальные формирования и участвовали против белогвардейцев Западной Армии П. Бермондта-Авалова. У них свои нагрудные знаки, с красно-бело-красным щитком.

Но, вернёмся к вышеизложенному…
В начале 1920 г. орденоносец Азин прибыл на Кавказский (Южный) фронт добивать отступившие на Кубань части Белой армии. В районе станицы Целина, на Маныче, 17 (18) февраля он был взят в плен, опознан и расстрелян за учиненную им расправу над населением Ижевска и другие делишки. Ему было всего 24 года. Крупская позже писала в воспоминаниях: "Приходил ко мне на пароход в Елабуге красный командир тов. Азин. Был беспощаден к белым, к перебежчикам. И отчаянно смел".
Кстати, уже 28 ноября Латышскую стрл. дивизию большевики расформировали. 13 тысяч стрелков уехали спокойно в Латвию, а часть осталась в советской России.

Под Воткинском, красному, 7-му Баускому лат. стрл. полку и Особой Вятской дивизии пришлось сражаться, чтобы одолеть сопротивление отрядов капитана Юрьева, свыше месяца. Нужно отметить, что к рабочим отрядам капитана Юрьева присоединилось несколько сот крестьян. Но и красные войска все время получали пополнения. Узнав о падении Ижевска, 10 ноября капитан Юрьев, чтобы не попасть в окружение, вывел свои отряды из Воткинска и отступил за реку Каму. 11 ноября, не встречая сопротивления, 2-ой и 3-ий батальоны 7-го Бауского латышского полка заняли город.
Отступившие воткинцы и ижевцы в районе Уфы включились в Белую армию адмирала Колчака. Получив пополнение, воткинцы образовали Воткинскую дивизию, а ижевцы - Ижевскую бригаду. В армии Колчака они были одни из самых боеспособных частей.
   …Великий Сибирский Ледяной Поход, со всеми тягостями и лишениями. После Перехода через озеро Байкал, вечером 14 февраля 1920 года, рабочие временно остановились в Мысовске. Атаманом Семёновым, как пишут участники Похода "из Читы был прислан поезд, с продуктами и фуражом. В составе были также санитарные вагоны для раненных и больных". Для встречи героев прибыл почётный караул из юнкеров Читинского Атамана Семёнова военного училища .
…Провоевав всю гражданскую войну, ижевцы и воткинцы закончили ее на Дальнем Востоке в героических боях под Хабаровском, зимой 1922 г.

Записал и пересказал:
А. Азаренков (Москва)

0

5

ЗАЧЕМ БОЛЬШЕВИКИ УКРАЛИ ВРЕМЯ?

"Время работает на нас" Ленин.
IV чрезвычайный съезд Советов 14-16 марта 1918 г.

Опасайтесь тех, кто сетует на нехватку времени – они крадут твоё.
Польский математик Хуго Штейнхаус.

   31 мая 1918 года, по постановлению очередного декрета, стрелки часов были переведены вперёд на два (!) часа. Вернуть назад "забыли".

         К справедливости надо сказать, что ещё в 1917 году, 1 июля часовые стрелки сдвинули вперёд на один час, но всё же 27 декабря, того же года всё вернулось на круги своя.
   Да что там часы! 24 января 1918 года, декретом СНК, было принято: "1-й день после 31 января считать не 1 февраля, а 14 февраля, 2-й день – 15 февраля, и т. д.; сроки всех обязательств, которые наступили бы по до сих пор действующему календарю, меняются прибавлением к каждому сроку 13 дней". Вопрос о переводе был поставлен в СНК ещё 16 ноября 1917 года. 23 января 1918 было два проекта декрета и образована согласительная комиссия. "В чёртову дюжину – календарь!" – записала Марина Цветаева тогда.
   Ныне, стрелки переводим ещё на один час. Туда-сюда. Манипуляция с 1981 года. В результате проделок со временем на государственном уровне, граждане нашей страны живут, опережая солнечное время. Специалисты говорят, что фактическое расхождение с суточным циклом природы ещё больше – до 4-5 часов!
   Об этом явлении удалось найти информацию в специальной литературе. " До изобретения электричества светлое время суток длилось в среднем с 7 до 19 часов, а его пик приходился на полдень. В этот момент люди ощущали прилив сил. Искусственное освящение растянуло световой день до 23-24.00, а фаза максимальной суточной активности – фактический полдень – у большинства людей теперь приходится на 15-16 часов. Соответственно сдвинулись сигналы биологического будильника: если вы пользуетесь лампой до полуночи, организм будет готов к утреннему пробуждению не раньше 9-10 часов.
Невероятно, но факт: когда ваш будильник звонит в 7 утра, по солнечным часам ещё только 5.00, а циркадные  ритмы указывают на 2-3 часа ночи. Такой режим особенно вреден для здоровья зимой. Мы встаём, когда темно, а значит, организм не получил световой сигнал к пробуждению и активизации жизнедеятельности – возрастанию уровня гормонов, повышению артериального давления, учащению пульса и дыхания. При этом внутренние органы работают в ночном режиме, обмен веществ замедлен, аппетит на нуле, желудочный сок не выделяется, иммунитет бездействует, температура тела понижена" и т. д.
   Автор статьи не поленился, заказал в архиве "Декреты советской власти", в томе 2-м (с 17 марта по 10 июля 1918 года), обнаружился любопытный документ. Выписка перед вами.
№ 190. 30 мая.    "Декрет о переводе часовой стрелки".
   Подлинник, 1 л. Пометки: протокол № 128 пункт 1-й 30 мая 1918 № 3177. Архив ф. 2, от. 1, ед. хр. 6132.
ДЕКРЕТ
В целях экономии в осветительных материалах Совет Народных Комиссаров постановил перевести часовую стрелку на летнее время по всей России на 2 (два) часа вперёд.
   Настоящее постановление проводится в жизнь в 10 часов вечера по местному времени 31 мая.
В час ночи с 15 на 16 сентября стрелка <часов> должна быть переведена назад лишь на 1 час, так что на зимнее время стрелка остаётся переведённой на 1 час вперёд.

Председатель Совета Народных Комиссаров    В. Ульянов (Ленин)
Управляющий Делами Совета Народных Комиссаров    В. Бонч-Бруевич
Секретарь     Н. Горбунов

   Вопрос обсуждался на заседании Президиума ВЦИК 23 апреля, было решено передать его на заключении в СНК. Декрет был принят на заседании СНК 30 мая. 14 сентября Управление делами СНК вновь опубликовало этот декрет с напоминанием о необходимости выполнения последнего абзаца. Перевести то перевели, а вот обратно вернуть "забыли"!!! Никаких указаний о переводе часовых стрелок, на 2 часа обратно, нет. Правда в "Атласе офицера", за 1947 год, есть ссылка: "На территории СССР часовая стрелка переведена на 1 час вперёд против поясного времени (Постановление СНК СССР 1931 г.). Подозрение об украденном времени подтвердилось в одной из статей журнала "Добрые советы", за февраль 2004 года. Цитата уже приводилась выше, и как итогом, в статье стоит аксиома: "…россияне живут, опережая солнечное время на 2 часа".
Спустя несколько лет, после написания этой статьи, по TV прошёл сюжет о похищенном времени, - не скрою, к моему большому удовлетворению. Сергей Брилёв ("Пятая Студия", 2 канал, 27 марта, 2008 г.) подтверждает мои старые выкладки.

Великий эксперимент, поставленный большевиками, над Россией и её народом продолжается. И главное, дело то не "в экономии времени", (украденные февральские две недели это подтверждают), а в "грядущей мировой революции", которую большевики хотели приблизить, не считаясь не только со здоровьем "пролетариата", но ценою жизней миллионов людей, втянув их в губительный водоворот своих безумных экспериментов.

По Архивным данным
ПУБЛИКАЦИЯ А. Н. АЗАРЕНКОВА (Москва).

0

6

В продолжении темы красного террора:

Красный террор в годы гражданской войны

     по материалам Особой  следственной комиссии  по расследованию злодеяний
большевиков

     Под ред. докторов исторических наук
     Ю. Г. Фельштинского и Г.И. Чернявского

     CОДЕРЖАНИЕ

     Предисловие.........................................................
     Положение об  Особой  комиссии по расследованию  злодеяний большевиков,
состоящей
     при главнокомандующем вооруженными силами на Юге России............
     Программа деятельности Особой комиссии по расследованию злодеяний
     большевиков, состоящей при главнокомандующем вооруженными силами на Юге
России............
     Программа     расследования    Особой    комиссии     по     земельному
вопросу.......................

     Приложение..........................................

     Доклад министра юстиции Е. И. Кедрина в Совет министров об учреждении

     "Государственной          комиссии         по          борьбе         с
большевизмом".........................................

     Опросной           лист          Государственной           следственной
комиссии.....................
     Дело No 1. Акт расследования по делу об аресте  и убийстве заложников в
Пятигорске
     в октябре 1918 года.................................
     Список заложников и лиц, арестованных большевиками по приказу ЧСК No 6
     (Известия, No 157) с  указанием сведений, добытых расследованием Особой
комиссии............
     Дело  No  2.  Акт  расследования  по  делу  об избиении  большевиками в
лазаретах
     станицы Елизаветинской  раненых и  больных  участников  Добровольческой
армии........
     Дело No 4. Краткая справка об арестах, производившихся большевиками в
     Ставрополе (Кавказском) с 1 января по 8 июля 1918 года......
     Дело No 5 и No 10. Сведения о злодеяниях большевиков в отношении
     церкви        и       ее        служителей       в       Ставропольской
епархии................................................
     Список    священнослужителей,    убитых    большевиками   в    пределах
Ставропольской
     епархии..............................
     Сведения   о   гонениях   большевиков   на   православную   церковь   в
Москве............
     Дело No 7. Сведения о массовых убийствах, совершенных большевиками
     (коммунистами)   в   июне-июле    1918   года   в   городе   Ставрополе
(Кавказском).......
     Дело No  9.  Акт  расследования  о  грабежах  и  разбойных  нападениях,
произведенных
     большевиками в  городе Ставрополе (Кавказском) с 15 октября по 2 ноября
1918 г.
     Дело  No  11.  Сведения  об  арестах,  производившихся  большевиками  в
Ставрополе
     Кавказском с 1 января по 8 июля 1918 года.....................
     Дело No 14.  Краткая справка  по делу  о насильственном захвате  власти
большевиками
     (коммунистами)  в Ставропольской  губернии  в  1918  году..............
..............

     Акт  расследования  о  насильственном  захвате  власти  большевиками  (
коммунистами)

     в Ставропольской губернии в 1918 году...

     Дело No 15. Сведения о злодеяниях большевиков в городе Екатеринодаре  и
его

     окрестностях...................
     Дело No 18. Акт расследования о социализации девушек и женщин
     в       гор.       Екатеринодаре       по      мандатам       советской
власти.............................................
     Дело No 24. Акт расследования по делу о злодеяниях, совершенных
     большевиками       и      бандами       Махно      в       Таганрогском
округе.....................................................
     Дело No 25. Акт расследования по делу об убийствах, совершенных
     большевиками         в         1918         году          в          г.
Ростове-на-Дону........................................................................
     Дела NoNo  27--32, 34--36.  Акт  расследования  по  делам о  злодеяниях
большевиков
     в   1919  году   в  г.   Новочеркасске  и  других  местностях   Донской
области..............................
     Дело No 40  Сведения о разгроме  большевиками  Таганрогского  окружного
суда................................
     Акт расследования по делу о злодеяниях, учиненных большевиками в городе
Таганроге
     за время с 20 января по 17 апреля 1918 года ...
     Акт расследования  об убийстве большевиками генерала от кавалерии Павла
Карловича

     Ренненкампфа......
     Дело No 42. Сообщение о гонениях большевиков .(коммунистов)  на Церковь
в Донской
     области.............
     Дело No 43 -- 44.  Акт расследования по делу о злодеяниях большевиков в
станицах
     Лабинского отдела и в гор. Армавире............
     Акт расследования по делу о неудавшемся нападении большевиков на поезд
     Французской  миссии  на  станции Великоанадоль  и  об  убийстве там  же
офицеров
     Добровольческой армии..............................................
     Дело No  46. Сведения по делу  о вскрытии большевиками мощей Св. Сергия
Преподобного
     в Троицко-Сергиевской лавре, близ Москвы.................
     Акт расследования по делу о  взрыве  большевиками бомб на учебном судне
"Рион".................
     Краткая    справка    о    сожжении    красноармейца    казака    Якова
Чуса......................
     Дело  No  49.  Акт  расследования  злодеяний   большевиков  в  станицах
Гундоровской и
     Каменской Донецкого округа......................
     Дело  No  51  и  No 55. Акт  расследования  о  злодеяниях  большевиков,
совершенных
     в 1918 и 1919 годах в Святогорском Успенском монастыре Изюмского уезда,
Харьковской губернии....
     Дело   No   56.    Сведения   о   злодеяниях    большевиков    в   гор.
Евпатории........................
     Выписка об отношении большевиков к магометанской религии, из дела
     о         злодеяниях        большевиков         в        Ставропольской
губернии.......................................
     Сведения о злодеяниях большевиков на Южном побережье Крыма (Ялта и ее
     окрестности)............
     Краткая справка по делу о насильственном захвате власти большевиками
     ( коммунистами) в Ставропольской губернии в 1918 году.........
     Справка Особой комиссии по расследованию злодеяний большевиков при
     главнокомандующем вооруженными силами на Юге России. Глумление
     большевиков над телом убитого генерала Корнилова................
     Дело No 116. Архив российского военного агента в Константинополе.
     Некоторые материалы Особой комиссии по расследованию злодеяний
     большевиков на Юге России за 1918 год. Некоторые сводки сведений о
     злодеяниях и беззакониях большевиков, зарегистрированных Информационной
     частью Отдела пропаганды за 1919 год.....................
     Сводка   сведений   о   злодеяниях   и   беззакониях   большевиков   No
2...........................
     Общая     сводка     сведений    о     злодеяниях     и     беззакониях
большевиков........................
     Сводка [без заголовка], 10 марта 1919 г. ......
     Сводка   сведений   о   злодеяниях   и   беззакониях   большевиков   No
3...........................
     Сводка   сведений   о   злодеяниях   и   беззакониях   большевиков   No
4......................................
     Общая     сводка     сведений    о     злодеяниях     и     беззакониях
большевиков............................
     Сводка   сведений   о   злодеяниях   и   беззакониях   большевиков   No
6.................................
     Сводка   сведений   о   злодеяниях   и   беззакониях   большевиков   No
8.....................
     Сводка   сведений   о   злодеяниях   и   беззакониях   большевиков   No
9....................................
     Сводка   сведений   о   злодеяниях   и   беззакониях   большевиков   No
10..............................
     Сводка   сведений   о   злодеяниях   и   беззакониях   большевиков   No
11.....................
     Сводка   сведений   о   злодеяниях   и   беззакониях   большевиков   No
12..................
     Cводка   сведений   о   злодеяниях   и   беззакониях   большевиков   No
13...........................
     Сводка   сведений   о   злодеяниях   и   беззакониях   большевиков   No
14..............................
     Сводка   сведений   о   злодеяниях   и   беззакониях   большевиков   No
15.......................................
     Сводка   сведений   о   злодеяниях   и   беззакониях   большевиков   No
16...........................
     Сводка   сведений   о   злодеяниях   и   беззакониях   большевиков   No
17...........................
     Сводка   сведений   о   злодеяниях   и   беззакониях   большевиков   No
18..............................
     Сводка   сведений   о   злодеяниях   и   беззакониях   большевиков   No
19..............................
     Сводка   сведений   о   злодеяниях   и   беззакониях   большевиков   No
20...........................
     Сводка   сведений   о   злодеяниях   и   беззакониях   большевиков   No
23........................
     Сводка   сведений   о   злодеяниях   и   беззакониях   большевиков   No
24.................................
     Сводка   сведений   о   злодеяниях   и   беззакониях   большевиков   No
25..............................
     Сводка   сведений   о   злодеяниях   и   беззакониях   большевиков   No
26........................
     Сводка сведений о злодеяниях и беззакониях большевиков No 27...
     Сводка   сведений   о   злодяниях    и   беззакониях   большевиков   No
28...........................
     Из донесения Одесского отделения............

     Приложения

     Беседа с Петерсом...........................

     Письмо из России.......................................

     Вопрос о репатриации русских беженцев......

     Сибирское                    обозрение.                   Трехреченская
Голгофа.............................................

     Из показаний Павловского (Якшина), агента ГПУ, арестованного в Германии
в 1929

     году......

     Список православных клириков, убитых и казненных в СССР за  1917-[19]30
гг. ...

     Список православных епископов, подвергавшихся гонениям до  1 марта 1930
г. ...

     По  поводу списка православных  епископов,подвергавшихся  гонениям до 1
марта 1930 г. в

     СССР......

     Убийство епископа Иерофея Афонина.........

     Инструкция всем партийно-советским работникам и всем органам ОГПУ, суда
и

     прокуратуры..................

     Центральная   Контрольная  Комиссия  ВКП(б)   -  Народный   комиссариат
рабоче-крестьянской

     инспекции  СССР.  Всем  республиканским  и  краевым  (обл[астным])  КК-
РКИ...............

     Фотографии...................................................

     Примечания...............................................

...................................................................................................................................................
  ДОКУМЕНТЫ

     Главнокомандующий вооруженными силами
     на Юге России
     Генерал-лейтенант Деникин1
     Утверждаю
     4 апреля 1919 года
     г. Екатеринодар
     ПОЛОЖЕНИЕ
     ОБ ОСОБОЙ КОМИССИИ  ПО РАССЛЕДОВАНИЮ ЗЛОДЕЯНИЙ  БОЛЬШЕВИКОВ,  СОСТОЯЩЕЙ
ПРИ ГЛАВНОКОМАНДУЮЩЕМ ВООРУЖЕННЫМИ СИЛАМИ НА ЮГЕ РОССИИ
     1.  При главнокомандующем  вооруженными  силами на  Юге России  состоит
Особая  комиссия по  расследованию злодеяний большевиков для выявления перед
лицом  всего  культурного мира  разрушительной  деятельности организованного
большевизма.
     2. Особой комиссии  предоставляется, руководствуясь  Уставом уголовного
судопроизводства  (изд[ания]1914  г.)2,  вызывать и допрашивать потерпевших,
свидетелей   и   сведущих  лиц  и  производить  осмотры,   обыски,   выемки,
освидетельствования  и другие следственные  действия,  а также  пользоваться
правами, предоставленными следственным властям  статьями 217, 272, 292 и 386
означенного Устава.
     3. Все протоколы и  акты, составляемые Особой комиссией или  отдельными
ее членами  с  соблюдением Устава  уголовного судопроизводства,  имеют  силу
следственных актов.
     4.  Особая   комиссия   действует   в  составе  общего  ее  собрания  и
следственного ее органа.
     5.  Общее  собрание,  равно  как  и  следственный  орган,  состоят  под
председательством     председателя      Особой     комиссии,     назначаемой
главнокомандующим  вооруженными  силами  на  Юге  России,  по  представлению
начальника Управления юстиции3.
     6.  В  общее  собрание  Особой  комиссии,  кроме  председателя  и  двух
товарищей  председателя и  всего  состава следственного органа,  входят пять
членов   из  числа  общественных   деятелей,  по   одному  члену  от   штаба
главнокомандующего вооруженными  силами на Юге России, от части Генерального
штаба  Военного  управления4,  от  Военно-судной   части5,   от   Управления
внутренних дел по государственной  страже6, Иностранных дел7, Юстиции  и  от
Отдела пропаганды8.
     7.  Общее   собрание  Комиссии   считается   состоявшимся  при  наличии
председателя и не менее половины состава следственного органа (ст. 9).
     8.  Представителям  союзных  миссий при  главнокомандующем вооруженными
силами  на   Юге   России9  предоставляется  право  присутствовать  на  всех
заседаниях Особой комиссии.
     9. В следственный орган, кроме председателя Особой комиссии, входят два
товарища  председателя  и  девять  членов,  назначенных  как  лиц  с  высшим
юридическим  образованием  главнокомандующим  вооруженными   силами  на  Юге
России,  по представлению начальника  Управления юстиции и  по соглашению  с
председателем Особой комиссии.
     10. Председателю Особой комиссии предоставляется право приглашать  лица
соответствующих  специальностей как  для временного ее  усиления, так  и для
исполнения отдельных поручений. Такие лица, состоя в звании временных членов
Особой  комиссии,  могут, по усмотрению председателя  ее, пользоваться всеми
правами,  присвоенными постоянным  членам Особой комиссии  при условии, если
они  удовлетворяют  требованиям, указанным  в  статье 9.  В  отношении  лиц,
приглашаемых  в  Особую  комиссию  из состоящих  на  государственной службе,
председатель Особой  комиссии входит  в  соглашение  с их начальством, коему
предоставляется  откомандировывать их для занятий  в Особую комиссию на срок
не  свыше  трех месяцев.  Временные  члены  Особой комиссии, приглашаемые из
состоящих на государственной  службе, сохраняют  получаемое ими содержание и
могут оставаться при исполнении своих прямых служебных обязанностей.
     11.  Члены общего собрания Особой  комиссии  имеют право присутствовать
при производстве всех следственных действий.
     12.  При  Особой  комиссии  состоит  канцелярия в  составе  назначаемых
председателем сей Комиссии секретаря и других чинов по штату.
     13. Отдел  пропаганды  и  все  его  учреждения срочно  сообщают  Особой
комиссии весь осведомительный материал о злодеяниях большевиков.
     14. Особая комиссия разрабатывает  и систематизирует добытые  данные  в
виде актов следственного расследования и сводок осведомительного материала и
самостоятельно распубликовывает свои труды, причем материалы, представляющие
интересы  за  границей, а также  для широкой массы  публики, срочно сообщает
представителям   союзных   миссий,   в   Управление   внутренних   дел    по
государственной страже, Иностранных дел, в Отдел пропаганды.
     15.  Все  материалы,  заключающие  указания  на   преступные  деяния  и
виновность отдельных лиц, Особая комиссия сообщает подлежащим следственным и
судебным властям.
     Управляющий делами Особого совещания
     С. Безобразов
     С подлинным верно:
     За управляющего делами Особого совещания
(подпись) Копия с копии верна:

Вследствие покушения на жизнь  вождей пролетариата в  городе Пятигорске
21 октября 1918 года в силу  приказа No 3 от 8 октября сего года, в ответ на
дьявольское убийство лучших товарищей, членов ЦИК и других, по постановлению
Чрезвычайной   комиссии  расстреляны   нижеследующие   заложники   и   лица,
принадлежащие к контрреволюционным организациям:
     1. Рузский (генерал)
     2. Урусов Сергей (князь)
     3. Урусов Николай (князь)
     4. Урусов Федор (князь, генерал)
     5. Капнист (граф, контр-адмирал)
     6. Медем (барон, сенатор)
     7. Колосов (подполковник)
     8. Карганов (полковник)
     9. Рубцов (полковник)
     10. Шаховской Леонид (князь)
     11. Шаховской Владимир (князь)
     12. Рухлов (министр путей сообщения)
     13. Добровольский (министр юстиции)
     14. Бочаров(полковник)
     15. Колзаков (генерал)
     16. Карташев (полковник)
     17. Шевцов (генерал)
     18. Медведев (генерал)
     19. Исакович (полковник)
     20. Савельев (полковник)
     21. Пирадов (генерал-лейтенант)
     22. Похателов (генерал-лейтенант)
     23. Перфилов (генерал-лейтенант)
     24. Бойчевский (генерал-майор)
     25. Васильев(полковник)
     26. Смирнов (генерал)
     27. Алешкевич (генерал-майор)
     28. Трубецкой (полковник)
     29. Николаев(полковник)
     30. Радницкий (генерал-майор)
     31. Власов Михаил (купец 1-й гильдии)
     32. Федоров(подпоручик)
     33. Федоров (казак)
     34. Назименко (генерал)
     35. Чижевский (генерал)
     36. Русанов (капитан)
     37. Мельгунов (генерал)
     38. Бобринский (граф)
     39. Евстафенко (генерал)
     40. Радко-Дмитриев (генерал)
     41. Игнатьев (генерал)
     42. Желездовский (генерал)
     43. Кашерипников (генерал)
     44. Ушаков (генерал-лейтенант)
     45. Турин (подполковник)
     46. Бобрищев (подъесаул)
     47. Туманов (князь, генерал)
     48. Чичинадзе (полковник)
     49. Форжеш (полковник)
     50. Багратион-Мухранский (генерал)
     51. Шведов (полковник)
     52. Малиновский (поручик)
     53. Саратовкин (генерал)
     54. Покотилов (генерал)
     55. Рашковский (полковник)
     56. Дериглазова (дочь полковника)
     57. Бархударов (полковник)
     58. Беляев (полковник)
     59. Тришатный (генерал-майор)
     Чрезвычайная комиссия  по борьбе с контрреволюцией в заседании своем от
31 октября сего года постановила расстрелять нижеследующих лиц:
     1.  Волкову  Феклу  Никитишну,  за  подстрекательство  и  содействие  в
грабеже.
     2.     Случевского     Евгения    (полковника),    начальника     штаба
контрреволюционной организации в городе Пятигорске.
     3.   Кашкадамова  Павла  (юнкера),   члена   штаба   контрреволюционной
организации в гор. Пятигорске и соучастника взрыва патронного завода.
     4. Назарьяна, агента контрреволюционного штаба г. Пятигорска.
     5. Касперсова (офицера), агента контрреволюционного штаба и сообщника в
заговоре взрыва патронного завода в гор. Пятигорске.
     6. Беляева Николая, за принадлежность к контрреволюционной организации.
     7.   Волкова  Николая,   помощника  начальника   контрразведки   Шкуро,
Ессентуки.
     8.  Волкова  Владимира,   агента   контрреволюционного   штаба  станицы
Ессентукской.
     9. Шульмана Рудольфа (полковника), члена контрреволюционного штаба гор.
Пятигорска.
     10.  Костича  Бориса (офицера),  члена  контрреволюционного штаба  гор.
Пятигорска.
     11. Клочкова (офицера) за неявку на регистрацию согласно  приказа ЧК 83
и намерение перейти  в отряд Шкуро  и за имение у  себя подложного документа
советской власти.
     12. Попова  (офицера),  члена  контрреволюционной  организации  в  гор.
Пятигорске и соучастника в заговоре взрыва патронного завода.
     13. Бойтенко -- агента контрреволюционного штаба в гор. Пятигорске.
     14.   Шафороста   Александра,   агента   контрреволюционного  штаба   в
Пятигорске.
     15. Иванова-Гутарева Павла  (поручика),  за передачу карт  Пятигорского
округа в контрреволюционный штаб в гор. Пятигорске.
     16. Куликовича Семена (фальшивомонетчика), контрреволюционера.
     17. Малина  Антона (бывшего жандарма),  за провокацию против  советской
власти.
     18. Крашенинникова Петра Николаевича (сенатора)
     19.  Графа   Бобринского,   за   принадлежность  к   контрреволюционной
организации.
     20. Кузьмина Анатолия, за принадлежность к отряду Шкуро (как агента).
     21.  Пацука   (жандарма),   за   принадлежность  к   контрреволюционной
организации.
     22. Черного, за участие в контрреволюционном заговоре по делу Сорокина.
     23. Богданова -- то же.
     24. Гриненко -- то же.
     25.   Коновалова  Ивана   (фальшивомонетчика),  пойманного   на   месте
преступления при сбыте фальшивых знаков.
     26. Коновалова Павла, как фальшивомонетчика.
     27. Переверзева Ивана -- то же.
     28. Хандогина Ивана -- то же.
     29. Буслаева Василия -- то же.
     30. Бордзаева Пуваль -- то же.
     31. Тамбиева 1-го (князя) -- за организацию контрреволюционного отряда,
за участие в боях в таковом.
     32. Тамбиева 2-го Мураза Бека -- то же.
     33. Синько -- за  принадлежность к отряду  Тамбиева  и  за  вооруженное
восстание.
     34. Супруна -- то же.
     35. Тарана Якова -- то же.
     36. Кокаева Фому -- то же.
     37. Погребняка Ивана -- то же.
     38. Зайченко Сергея -- то же.
     39. Щербакова Алексея (командира, контрреволюционера) .
     40. Карташева Владимира -- за расстрел двух невинных женщин.
     41.  Орлова  Василия   --   за  принадлежность   к   контрреволюционной
организации.
     42. Прокофьева Николая -- то же.
     43. Андреева Михаила -- то же.
     44. Махарадзе Георгия -- то же.
     45. Рябухина Ивана (священника) -- за молебен в  станице Ессентукской о
даровании победы кадетам.
     46. Кошелева Георгия -- за денежное вымогательство.
     47.   Полонскую   Эльзу   (литераторшу)    --   за   принадлежность   к
контрреволюционной организации.

     Подписали:
     председатель Атарбеков
     члены: Стельмахович, Щипулин, М. Осипов
     Скрепил: секретарь Абовьян

  заложников  и  лиц,  арестованных  большевиками,  по приказу ЧСК  No  6
(Известия,  No  157)  с указанием  сведений,  добытых  расследованием Особой
комиссии
     I.
     Заложники (2-я часть приказа No 6)
     NoNo, фамилия, имя, отчество и звание, прим[ечание], No гроба
     Рузский Николай Владимирович, ген[ерал] от инф[антерии], опознан, No 6.
     Кн[язь] Урусов Сергей Петрович, опознан No 5.
     Кн[язь]  Урусов Николай  Петрович, чл[ен] Гос[ударственного]  сов[ета],
опознан, No 47.
     Кн[язь] Урусов Федор Михайлович, ген[ерал]-лейтен[ант], опознан.
     Гр[аф] Капнист Алексей Павлович, контр-адм[ирал], опознан, No 42.
     Барон Медем Николай Николаевич, сенатор, опознан, No 68.
     Колосков Виктор Александрович, подъесаул, опознан, No 11.
     Карганов Дмитрии Адамович, полковник, опознан, No 2.
     Рубцов, полковник, был освоб[ожден].
     Кн[язь] Шаховской Леонид Алексеевич, полк[овник], опознан, No 20.
     Кн[язь] Шаховской Владимир Алексеевич, полк[овник], No 25.
     Рухлов Сергей Васил[ьевич], бывш[ий] мин[истр] путей сооб[щения].
     Добровольский Ник[олай] Алекс[андрович], бывш[ий ]  мин[истр]  юстиции,
опознан, No 64.
     Бочаров, полковник.
     Колзаков Яков, генерал.
     Карташев Дмитрий Тимофеевич, полковник, опознан, No 45.
     Пунякин Василий Васильевич, полковник.
     Шевцов Александр Прохорович, ген[ерал] от инф[антерии], опознан, No 1.
     Сакович Ромуальд Иванович, полковник.
     Савельев Павел Федорович, полк[овник] в отст[авке], опознан, No 62.
     Пирадов Константин Адреевич, ген[ерал]-лейтенант, опознан, No 25.
     Тохателов, ген[ерал]-лейтенант.
     Перфильев Сергей Аполлонович, ген[ерал]-лейт[енант], опознан, No 26.
     Бойчевский Всеволод Петрович, ген[ерал]-майор, опознан, No 22.
     Васильев Ростислав, полковник, опознан, No 7.
     Смирнов Владимир Васильевич, генерал (бывший командир 2-й армии).
     Слешкович Леонтий Иванович, ген[ерал]-майор, опознан, No 14.
     Трубецкой Константин Семенович, полков[ник], опознан, No 21.
     Николаев Иван, полковник.
     Рудницкий, генерал-майор.
     Власов Михаил Алексеевич, купец, опознан, No 89.
     32. Федоров, подпоручик, был осв[обожден].
     33. Федоров, казак.
     Назименко Николай Иванович, ген[ерал]-майор, опознан, No 63.
     Чижевский Николай Конст[антинович], ген[ерал]-майор, опознан No 57.
     36. Русанов Николай Алексеевич, капитан, опознан, No 41.
     37. Мельгунов Анатолий Ильич, генерал-майор, опознан, No 37.
     38.  Граф Бобринский Гавриил Алексеевич, вольноопределяющийся, опознан,
No 52.
     39. Ефстафьев, жандармский генерал.
     40. Радко-Дмитриев, генерал, опознан, No 72.
     41. Игнатьев, генерал, опознан, No 75.
     42. Железовский Константин Давыд[ович] , генерал.
     43. Кашерининов, генерал, был осв[обожден].
     44. Ушаков Сергей Леонидович, генерал-майор, опознан.
     45. Тулин, полковник, свед[ений] нет.
     46. Бобрищев, подъесаул, свед[ений] нет.
     Князь Туманов Георгий Алексеевич, генерал от кавалерии, опознан, No 59.
     48. Чичинадзе Петр Михайлович, полковник, опознан, No 67.
     Бар[он] де Форжет Констан[тин] Петр[ович], подполков[ник], оппознан, No
18.
     Князь         Багратион-Мухранский         Алексей          Ираклиевич,
генерал-лейтенант,опознан, No 46.
     Шведов Павел Константинович,полковник, был осв[обожден].
     52. Малиновский, подпоручик.
     53. Саратовкин, полковник.
     54. Покотилов, генерал.
     55. Рошковский Макар Аполлонович, полковник, опознан, No 56.
     Дереглазова Валентина Петровна, дочь полковника, была осв[обождена].
     57. Бархударов, полковник.
     58. Беляев, техник, опознан, No 81.
     Трешатный Константин Иосиф[ович], ген[ерал]-майор, опознан, No 73.
     По 1-й части приказа No 6
     Случевский Евгений Федорович, подполк[овник], опознан, No 83.
     2. Кастерсон.
     3. Волков Николай, фельдшер, опознан, No 80.
     4. Шульман Рудольф Густав[ович], полк[овник], опознан, No 84.
     5. Костич Борис Иванович, подпоручик, опознан, No 52.
     Попов Алексей Михайлович, гвардии полк[овник], опознан, No 77.
     Войтенко Георгий Матвеевич, подпоручик, был осв[обожден].
     8. Шафоростов Александр Васильевич, поручик, опознан, No 79.
     9. Иванов-Гутарев Павел, убит при побеге.
     10. Шалин Антон.
     Крашенниников Николай Сергеевич, член Государственного совета, опознан,
No 58.
     12. Кузин Анатолий, поручик, опознан.
     13. Пацук, жандарм, осв[обожден].
     14. Князь Тамбиев 1-й.
     15. Князь Тамбиев-Мурза-Бей, опознан, No 88.
     16. Щербаков Алексей Иванович, делопроизводитель Пятого окружного
     упр[авления], опознан.
     17. Орлов Василий.
     18. Прокофьев Николай Федорович.
     19. Рябухин Иоанн, священник, опознан, No 27.
     20. Андреев Михаил, был осв[обожден].
     Махотадзе Георгий Алексеевич, полковник, опознан.
     Полонская Эльза.

     Не вошедшие в приказ No 6
     1. Борисов Владимир Семенович, полковник, опознан, No 44
     2. Софронов Николай Александрович, капитан, опознан, No 110
     Вышеозначенный  акт  составлен на основании  документальных  данных.  В
прилагаемой таблице  указаны страницы  настоящей книги и соответствующие  им
листы дела Следственной комиссии, из которого извлечен материал26.

Дело No 2
     ОСОБАЯ КОМИССИЯ ПО  РАССЛЕДОВАНИЮ ЗЛОДЕЯНИЙ  БОЛЬШЕВИКОВ, СОСТОЯЩАЯ ПРИ
ГЛАВНОКОМАНДУЮЩЕМ ВООРУЖЕННЫМИ СИЛАМИ НА ЮГЕ РОССИИ
     АКТ РАССЛЕДОВАНИЯ
     по делу  об  избиении  большевиками в  лазаретах станицы Елизаветинской
раненых и больных участников Добровольческой армии
     31 марта 1918 года из станицы Елизаветинской, Екатеринодарского отдела,
Кубанской  области,   началась   эвакуация  раненых  и  больных   участников
Добровольческой армии  вследствие отхода ее под  давлением превосходящих сил
большевиков из-под Екатеринодара. Всех вывезти не удалось, и тяжело раненные
и больные вместе с несколькими  врачами и сестрами милосердия были оставлены
в  станице во временных  лазаретах, под  которые были  приспособлены местные
училища и школы.
     1   апреля   в   станицу  Елизаветинскую   вступили   передовые  конные
большевистские  отряды, которые  отнеслись терпимо  к оставшимся раненым, но
затем по мере  подхода других частей, особенно  пехоты, раненые  подверглись
глумлению и избиению, и у них были отобраны деньги.
     1-го же  апреля начались единичные случаи убийства. Так,  за  несколько
минут до  прихода большевиков в  двухклассное  училище туда прибежал больной
мальчик, назвавшийся кадетом 3-го класса Новочеркасского кадетского  корпуса
и  просил  жену заведывающего училищем спрятать  его, но та не успела  этого
сделать, и  мальчик  остался  на  дворе  среди  детей  казаков.  По  приходе
большевиков  кто-то  из иногородних  сказал  им,  что  среди  детей  казаков
находится кадет. Тогда один большевистский солдат подошел к этому мальчику и
спросил, кадет  ли он. Мальчик ответил утвердительно, после чего солдат этот
тут же, на глазах у всех присутствовавших, заколол мальчика штыком.
     2 апреля  в  станицу Елизаветинскую  пришел большевистский  карательный
отряд, который обошел  все училища  и  школы  станицы,  приспособленные  под
лазареты, и во  всех них перебил оставленных раненых  и больных. Допрошенный
комиссией  один   из  участников  Добровольческой  армии,   подпоручик  1-го
офицерского полка генерала Маркова, Кром, лежавший в женском училище, будучи
тяжело ранен в  правую ногу с раздроблением бедра  выше колена,  показал  по
поводу избиения раненых в названном училище следующее.
     В полдень  к училищу  подошел карательный отряд,  который, выгнав  всех
посторонних  людей,  вошел  туда.  Вместе с  этим отрядом в  училище  вбежал
какой-то большевик, бывший  там до прихода карательного отряда, и, указав на
трех раненых, сказал, что они офицеры.
     Большевики,  поговорив   немного  с   этими   ранеными,   начали  затем
расстреливать и  рубить  всех  подряд с  левого фланга,  причем  один из них
достал топор и рубил им.
     Некоторые из раненых  просили  не  рубить,  а расстреливать  их, на что
неизменно получался один ответ: "Собаке собачья смерть".
     Рядом с подпоручиком Кромом лежал полковник Ланковский. Расстреляв его,
один  из большевиков прицелился  в Крома,  но  в это время в  училище вбежал
какой-то матрос и сказал, что нескольких приказано оставить на развод, чтобы
рассказать  потомству,  как  большевики поступают с  теми,  кто  идет против
народа. Вследствие этого подпоручик Кром, один донской казак и еще несколько
человек были оставлены в живых.
     Об  этом же избиении раненых учительница женского училища показала, что
большевики  запретили  находившимся  при  оставшихся  раненых  двум врачам и
сестре  милосердия подавать им медицинскую помощь,  а когда она тем не менее
стала  ухаживать  за  ранеными,   то  большевики  сказали  ей:  "Поухаживай,
поухаживай, завтра будешь с ними лежать".
     Произведенным  комиссией  осмотром  помещения   женского  училища  было
установлено, что в зале  училища и классе 3-го  отделения во многих местах в
стене на высоте 3--5 вершков от пола и в полу у карниза имеются дыры, частью
замазанные  штукатуркой,  происшедшие,  по  словам  училищного  сторожа,  от
проникших в стену винтовочных  и револьверных пуль; под  подоконником одного
из  окон   в  классе  третьего  отделения  на  стене   были  обнаружены   11
поверхностных  отметин диаметром в серебряную пятикопеечную монету и меньше,
получившиеся,  по-видимому, от  потерявших  свою первоначальную силу  ударов
штыка или револьверных пуль.
     Такое  же  избиение  произошло  с  ранеными  и  больными,  лежавшими  в
двухклассном Елизаветинском училище. Заведывающий этим училищем,  жена его и
несколько  местных  казаков, живших  напротив,  удостоверили  комиссии,  что
большевики, придя туда,  также сначала выгнали  всех "вольных" со двора и из
помещения  училища, а  затем, поставив к дверям  и воротам  стражу, вошли  в
училище,  откуда вслед  за  входом  большевиков послышались  стоны  и  крики
раненых.
     Через  некоторое  время  большевики  начали  выходить  из  училища  все
измазанные кровью и обмывали себя и свое оружие, топоры и лопаты от залившей
их крови в  стоявших  на дворе корытах, а затем снова возвращались в училище
продолжать свое кровавое дело.
     2-го же  апреля вечером большевики приказали местным казакам убрать  из
всех лазаретов тела убитых ими раненых  и  больных и  свезти  их "на гной" в
камыши, т[о] е[сть] выбросить их, чтобы они сгнили  в  камыше. Однако казаки
отвезли трупы убитых на кладбище и зарыли там в общую могилу.
     Лица, входившие в  школы,  где находились  лазареты, после ухода оттуда
большевиков  показали, что вид  лежавших  там трупов  был нестерпимо ужасен.
Тела убитых валялись по всем комнатам в изуродованном виде. Так, один офицер
лежал,  держа в закостеневших руках свою же отрубленную ногу, у другого были
выколоты оба  глаза, у некоторых  были срублены головы  и разрублены лица, у
других же вся грудь и лицо были исколоты штыковыми ранами и т. д.
     Тут же среди трупов лежали стонавшие недобитые раненые.
     Пол был залит  огромными лужами крови, а солома,  служившая  подстилкой
раненым, была насквозь пропитана кровью. Крови было так много, что ходить по
полу, по словам очевидцев, было очень скользко.
     Священник,  случайно находившийся  на  кладбище, и  казаки,  зарывавшие
могилу,  показали,   что  большинство  тел   было  настолько  изуродовано  и
изрублено, что представляли собой прямо отдельные куски человеческого мяса.
     При осмотре комиссией  здания двухклассного  Елизаветинского училища  в
классе 5-го  отделения, где  лежали раненые,  на полукруглой печке, покрытой
железом,  расположенной выступом  в углу класса, были  обнаружены  на высоте
10--20 вершков  от  пола б отверстий и 9  вдавлений  железа,  все  одинаково
круглой формы, произошедшие, по-видимому, от отскочивших и проникших в толщу
печки пуль. В глубине же двух таких отверстий оказались куски свинца.
     Кроме того, на печке на той же  высоте  и на высоте 25-30 вершков  были
найдены вдавления  характерной  линейной формы,  получившиеся,  очевидно, от
ударов топорами,  лопатой  или  каким-либо  другим  острорежущим и  довольно
тяжелым орудием.
     Вдавления, расположенные более высоко, рассматривая их сверху вниз, шли
справа налево, т[о] е[сть] как  раз по направлению удара, нанесенного правой
рукой.
     Описанная  печка, по-видимому,  была  местом  убийства лежавших  в этом
училище раненых, так как человеку, прислоненному к печке на  коленях и сидя,
описанные отверстия и вдавления приходились на уровне головы и груди.
     Выяснить  точное  число  и все  имена убитых большевиками  в  лазаретах
станицы Елизаветинской раненых и больных участников Добровольческой армии не
удалось, но  по показанию одного  казака, закапывавшего  трупы,  он насчитал
положенных в могилу 69 тел.
     Кроме  того,  тогда же были убиты и  две сестры милосердия,  из которых
одну  большевики  бросили  в  Кубань,  а  другую,  совсем  молодую  девушку,
институтку 6 кл[асса] Веру Пархоменко, расстреляли за кладбищем станицы.
     3 апреля оставленных в живых  раненых и больных большевики нагрузили на
подводы и отправили  в Екатеринодар27, причем по дороге раненые подвергались
разным гнусным издевательствам, ругани и побоям.
     В городе раненых сначала привезли в Войсковую больницу, где, однако, их
не приняли, угрожая, что в  случае  оставления их  там  они будут  перебиты,
лазаретные же няньки "науськивали" местных  больных  не впускать в  больницу
привезенных раненых и тут же добить их.
     Из Войсковой  больницы  раненых повезли в 44-й  лазарет, помещавшийся в
Епархиальном  училище, где  их,  однако, тоже  не  приняли  и там они  опять
подверглись жестокому избиению и издевательствам.
     Оттуда  раненых повезли  к Атаманскому дворцу,  здесь  снова  произошло
избиение их, причем  подпоручику  Крому перебили прикладом кисть  руки и так
сильно  ударили его по  животу,  что,  несмотря  на  раздробленное бедро, он
"привскочил  на аршин" из телеги. Во время одной  из  остановок  по дороге к
дворцу большевиками была произведена следующая "забава" с ранеными, во время
которой  двое  из  них были  добиты.  Когда  подводы вереницей  остановились
вплотную друг  к другу, то большевики начали стегать сзади стоявших лошадей,
пока они, встав  на  дыбы,  прыгали  передними  ногами на  впереди  стоявшую
подводу и топтали копытами лежавших в ней раненых.
     Около Атаманского дворца раненые провели  без всякой помощи в  подводах
всю ночь, и только на  следующий день их поместили  в наскоро приготовленный
лазарет в Учительской семинарии.
     В большевистских  лазаретах раненые пробыли под стражей 4  месяца, т[о]
е[сть]  до взятия  Екатеринодара  Добровольческой  армией,  последовавшего 4
августа 1918 г.,  будучи переводимые из одного лазарета в  другой, постоянно
подвергаясь разным издевательствам и угрозам "быть  выпущенными в  расход" и
не получая сколько-нибудь элементарной  медицинской  помощи, отчего часть их
перемерла,  а часть,  как,  например, подпоручик  Кром, до  сего  времени не
поправились.
     Настоящий акт расследования основан на данных, добытых Особой комиссией
с соблюдением правил, установленных в Уставе уголовного судопроизводства.
     20 марта 1919 года г. Екатеринодар

0

7

Тамбовская Вандея (обзор)

Вот и раскрыл Случай и История еще одну частичку Правды о зверствах красных палачей, — отцов и дедов безродного племени всех этих Грызловых, Путиных, Патрушевых… Моральных уродов, появившихся на свет на исторической свалке, в которую убийцы превратили некогда могучую и прекрасную страну. Перекрасившихся комуняк, проходимцев всех мастей в одночасье уверовавших в Бога, и до сегодняшнего дня грабящих свой народ и ведущих с ним нескончаемые войны…

Началась эта почти детективная история в 1982 году, когда тамбовский краевед Борис Сенников, разгребая песок в алтаре Зимней церкви Казанского монастыря в Тамбове, наткнулся на документы ЧК по истории Тамбовского восстания и коллективизации этого региона. С 1920-х годов в этой церкви находился архив тамбовского губернского военного комиссара, а в самом монастыре — тамбовская ЧК.

В 1933 году местными властями было принято решение о полном уничтожении компрометирующих преступную советскую власть документов, — их предстояло сжечь. Но при сжигании бумаг возник пожар, и остатки документов были залиты водой и засыпаны песком. Скоро, преступники о них и вовсе забыли.

А через пятьдесят лет, в 1982 году архив переехал на новое место и церковь оказалась заброшенной. Документы же продолжали лежать под слоем песка и полувекового мусора ожидая своего часа. Некоторые были в довольно хорошем состоянии, другие — подпорчены водой.

На нашедшего бумаги Сенникова Тамбовским отделом КГБ СССР тут же было заведено уголовное дело… Но второй раз чекистам не удалось уничтожить свидетельство собственных преступлений. Борис Сенников оказался крепким орешком, на котором КГБ сломало еще один свой ядовитый зуб.

И вот, в 2004 году, в издательстве «Посев» вышел сборник Б.В.Сенникова «Тамбовское восстание 1918–1921 гг. и раскрестьянивание России 1929–1933 гг.» в котором помимо документов губвоенкома периода подавления восстания (включая документы 1919 года, касающиеся знаменитого рейда генерала К.К. Мамонтова), опубликованы и сохранившиеся документы о репрессированных в 1920–1930 гг. Приказы командования Красной армии периода подавления восстания, переписка с Москвой, доклады об использовании химического оружия против крестьян, документы Союза трудового крестьянства и другие свидетельства преступлений красных комуняк и верного их пса — Тамбовской ЧК.

Огромная цифра потерь населения только одной российской губернии (240 тысяч человек) красноречиво свидетельствует о том, что на Тамбовщине уже после окончания гражданской войны между белыми и красными разыгралась новая гражданская война. На этот раз истинно народная — между крестьянами и чекистской падалью.

Война после войны

В 2004 г. в издательстве «Посев» в серии «Библиотечка россиеведения» вышла монография Б.В. Сенникова, посвященная Тамбовскому восстанию (1918–1921 гг.) и коллективизации (1929–1933 гг.). Несомненной заслугой и гражданским подвигом автора стало то, что он, несмотря ни на какие препятствия, вплоть до угрозы физической расправы, осуществил свою давнюю мечту — написал и издал достоверную книгу об одном из самых крупных народных антибольшевистских вооруженных выступлений и одном из самых значительных преступлений большевиков против народа.

А началась эта почти детективная история в 1982 г., когда Сенников, разгребая песок в алтаре Зимней церкви Казанского монастыря, расположенного в Тамбове, случайно наткнулся на документы по истории Тамбовского восстания и коллективизации этого региона. С 1920-х в этой церкви находился архив тамбовского губернского военного комиссара, а в самом монастыре — тамбовская ЧК.

В 1933 г. местными властями было принято решение об уничтожении компрометирующих их документов, их предстояло сжечь. Однако при сжигании возник пожар, и остатки документов были залиты водой и засыпаны слоем песка. О них, к счастью, забыли.

В 1982 г. архив переехал на новое место и церковь оказалась заброшенной, а документы остались лежать под слоем песка и полувекового мусора. Некоторые были в довольно хорошем состоянии, другие — подпорчены водой.

Помимо документов губвоенкома периода подавления восстания, здесь есть приказы командования РККА, переписка с Москвой, доклады об использовании химического оружия против повстанцев, документы Союза трудового крестьянства. Сохранились документальные материалы о репрессированных гражданах Тамбовской губернии в 1920-е — 1930-е. Именно эти уникальные материалы и послужили источниковой базой монографии.

Первая часть книги, посвященная 1918–1921 гг., содержит факты, которые либо искажались, либо замалчивались во всей предшествующей отечественной историографии. Так, на основе широкой источниковой базы, автор доказал, что ярлык, приклеенный большевиками еще в годы гражданской войны этому народному восстанию — «Антоновщина», не соответствует исторической правде.

Бывший эсер, начальник уездной милиции города Кирсанова Тамбовской губернии А.С. Антонов никогда не стоял во главе восстания, хотя и был в нем весьма заметной фигурой, — занимал пост начальника главного оперативного штаба 2-й повстанческой армии. Подлинным же руководителем восстания, как убедительно показал автор, был тамбовский крестьянин, участник I мировой войны, полный Георгиевский кавалер, поручик П. М. Токмаков. Восстание возглавлял Союз трудового крестьянства, председателем которого был избран Токмаков, одновременно занимавший и пост главнокомандующего Объединенной (Единой) партизанской армии Тамбовского края, в которую входили три повстанческие армии. Кроме того, в его подчинении находились все территориальные силы самообороны, внутренняя охрана и народная милиция.

Автор тщательно проанализировал национальный и социальный состав большевицких «летучих отрядов», грабивших и расстреливающих тамбовских крестьян весной 1918 г. Как показал автор, одну половину «летучек» составляли так называемые «интернационалисты» (бывшие военнопленные вражеских армий — немцы, австрийцы, венгры, иногда даже турки, а также китайцы, большое количество которых работало в России по контракту в годы I мировой войны). В период гражданской войны весь вышеперечисленный иностранный контингент большевицкая пропаганда относила к латышам, или точнее — к «красным латышским стрелкам». Делалось это умышленно, чтобы скрыть подлинный состав «интернационалистов»: латыши были все же бывшими российскими подданными, все остальные — просто иностранными наемниками.

«Летучки» пополнялись также местными люмпенами, большей частью выпущенными из тюрем после февральской революции. Во главе отрядов стояли «пламенные большевики», такие как «Красная Соня» (С.Н. Гельберг). Ее называли также «Кровавой Соней». Оба этих прозвища она вполне заслужила, так как любила собственноручно расстреливать захваченных в плен офицеров, священников, гимназистов и прочих «врагов народа» на глазах их родных. Конец этой «летучки» был вполне закономерен — отряд был разбит восставшими крестьянами, а Гельберг взята в плен и по приговору нескольких волостей посажена на кол. Невольно задаешься вопросом: «Как же надо было «достать» народ, чтобы он решился на такой средневековый вид казни?»

Не менее сильное впечатление производит рассказ автора о зверском убийстве «установителями советской власти» деда героев Советского Союза Зои и Александра Космодемьянских — бывшего в 1918 г. священником. «Они вывели его из дома во двор, за бороду, — пишет автор, — и там, повалив на землю, остервенело стали бить его ногами… и затоптали до смерти старого священника.

Особое место в монографии занимает описание рейда генерала К.К. Мамантова по советским тылам в 1919 г. Автор опровергает советский мифы о том, что рабочие Тамбова «дружно встали на борьбу с белогвардейщиной» и что казаки — участники рейда Мамантова — якобы повсеместно грабили местное население и обоз с награбленным добром растянулся на 150 км. В действительности рабочие вагоноремонтных мастерских при въезде в город Мамантова встретили его хлебом-солью. А после выступления генерала в клубе железнодорожников перед рабочими, железнодорожниками, гимназистами и другой молодежью города, многочисленные добровольцы сразу же стали записываться в народную дружину, примкнув таким образом к Белому движению.

Что же касается грабежей, то, как пишет автор, «горожане при коммунистах перебивались с хлеба на воду и голодали, а продовольствие в огромных количествах лежало на складах. Помня встречу, оказанную тамбовцами казакам, генерал Мамантов распорядился все продовольствие раздать народу».

Весьма тщательно и подробно рассказывает автор о «войне после войны» на Тамбовщине. В то время как Белое движение пошло на убыль, в этой губернии начала разворачиваться новая крупномасштабная война, продолжавшаяся с лета 1920 г. до осени 1921 г. Мощное народное движение зародилось еще в начале 1918 г. и никогда не прекращалось, достигнув апогея к лету 1920 г.

Сопротивление большевикам со стороны тамбовских крестьян было настолько сильным и организованным, что его не смогли сломить ни численно превосходящие и хорошо вооруженные силы Красной армии, ни введенный на территории губернии институт заложников, ни массовые аресты и расстрелы, ни даже применение против повстанцев боевых отравляющих веществ.

Автор приводит полный текст приказа от 12 июня 1921 г. о применении против бойцов повстанческих армий ядовитых газов, подписанного командующим войсками Тамбовской губернии М.Н. Тухачевским и начальником штаба войск Тамбовской губернии Н.Е. Какуриным. Этот уникальный документ также был найден Сенниковым в 1982 г. в алтаре церкви Казанского монастыря.

Раздел о Тамбовском восстании завершает информация о расправе «компетентных органов» над повстанцами и мирным населением. И здесь под преступными приказами мелькают знакомые фамилии — М.Н. Тухачевский, В.А. Антонов-Овсеенко.

Вторая часть книги посвящена коллективизации или, как верно выразился автор, — раскрестьяниванию России. Основа текста — «недогоревшие» архивные документы и записанные Сенниковым рассказы очевидцев.

Книга имеет два приложения. В первом приводится список «Места захоронений и массовых казней в Тамбовской области», составленный исполнительным секретарем Тамбовского общества «Мемориал» В.П. Середой. В списке содержится указание на 15 таких мест, кроме того, — отмечает Середа, — «практически в каждом селе, районе, охваченном крестьянским восстанием, есть массовые захоронения повстанцев, членов их семей, заложников».

Приложение содержит составленные автором краткие биографии лиц, упомянутых в книге. Здесь содержится немало новых, а также уточненных данных о некоторых участниках Тамбовского восстания.

Второе приложение — работа С.С. Балмасова «Итоги подавления Тамбовского восстания по официальной статистике». На основе привлечения широкого круга статистических материалов исследователь пришел к убедительному выводу, что «по самым осторожным подсчетам, потери населения Тамбовской губернии в 1920–1922 гг. составили около 240 тыс. человек».

В заключение отметим, что эта огромная цифра потерь населения только одной губернии красноречиво свидетельствует о том, что на Тамбовщине уже после окончания гражданской войны между белыми и красными разыгралась новая гражданская война.

С. Н. Базанов, историк

Москва

*******************

Тамбовская Вандея (выдержки из книги)

Повстанческие же армии не могли располагать даже и десятой долей этих сил, но они достойно встретили всю эту армаду Тухачевского и вступили с нею в бой, понимая, что лучше умереть в бою, чем жить под большевиками и терпеть. Партизаны и весь народ Тамбовской губернии произвели большое впечатление на красных своею самоотдачей и стойкостью в бою, а также бесстрашием, повергнув в изумление красных, которые говорили про них: «Они не щадят себя в бою, а также и своих детей и жен, смело бросаясь на пулеметы, как волки». Именно тогда и пошло гулять это выражение по всей стране «тамбовский волк». В бой вступил весь народ Тамбовской губернии — от мала до велика. Все взрослое население и даже дети, женщины и старики.

Повсюду полыхали деревни и села, дым пожарищ стелился по всей Тамбовской губернии, но «Тамбовская Вандея» стояла, не уступая вооруженному до зубов врагу. Если сегодня взять старую дореволюционную карту Тамбовской губернии, то вы увидите, сколько тогда с ее лица исчезло деревень и сел, смешанных с землей артогнем и сожженных карателями. Сегодня об этих населенных пунктах даже не сохранилось и памяти, все их население было уничтожено. Большевицкие газеты взахлеб от удовольствия и восторга печатали тогда списки сожженных и уничтоженных русских сел и деревень, которые они называли «бандитскими». Однако тамбовские крестьяне стояли насмерть, нанося своему врагу большой урон. Сроки, намеченные Москвой для полного подавления восстания, трещали по швам и становилось ясно, что они нереальны. Вся эта огромная машина вторжения начала буксовать. Громадная армия самозванцев начинает растворяться в почти что четырехмиллионном враждебном ей населении Тамбовской губернии, которое оказывает оккупации активное сопротивление.

Тухачевский прилагает все усилия, чтобы одержать победу над населением русских деревень. Позже, будучи уже маршалом Советского Союза, он напишет:

«Красной армии, встречающей в районах, зараженных бандитизмом, поголовное недоброжелательство крестьянства, не могущей организовать хорошей разведки и прочее, задача искоренения бандитизма непосильна без соответствующей работы по советизации крестьянского повстанчества…».

Затем добавит еще:

«В районах прочно вкоренившегося восстания приходится вести не бои и операции, а, пожалуй, целую войну, которая должна закончиться прочной оккупацией восставшего района, насадить в нем разрушенные органы советской власти и ликвидировать самую возможность формирования населением бандитских отрядов. Словом, борьбу приходится вести, в основном, не с бандами, а со всем местным населением. Советской власти в деревне не существовало, — и в сознании крестьянства господствовала прежняя мысль о необходимости борьбы с советской властью, борясь с продразверсткой».

В конце концов Тухачевскому ничего не оставалось, как применить против крестьян удушливые газы — средство массового уничтожения людей. Применить их не на каком-либо из фронтов в войне против немцев или австрийцев, а вместе с ними против русского народа в центральной России. После согласования с Москвой, с Главкомом РККА, в Совнаркоме, Реввоенсовете и ВЦИК он от всех них получил добро, и даже согласие ЦК РКП(б). После чего им издается приказ, обрекающий народно-крестьянское восстание на поражение.

ПРИКАЗ

Командующего войсками Тамбовской губернии N 0116/оперативно-секретный

г. Тамбов 12 июня 1921 г.

Остатки разбитых банд и отдельные бандиты, сбежавшие из деревень, где восстановлена Советская власть, собираются в лесах и оттуда производят набеги на мирных жителей.

Для немедленной очистки лесов

ПРИКАЗЫВАЮ:

1. Леса, где прячутся бандиты, очистить ядовитыми газами, точно рассчитывать, чтобы облако удушливых газов распространялось полностью по всему лесу, уничтожая все, что в нем пряталось.

2. Инспектору артиллерии немедленно подать на места потребное количество баллонов с ядовитыми газами и нужных специалистов.

3. Начальникам боевых участков настойчиво и энергично выполнять настоящий приказ.

4. О принятых мерах донести.

Начальник штаба войск Генштаба Какурин

Хорошо понимая, что победу над тамбовскими крестьянами будет одержать трудно, а затяжные боевые действия могли привести к разложению воинских частей РККА, из-за непопулярности войны против своего народа, коммунисты решили, что с восстанием надо как можно скорее кончать. А для этого у них есть единственный выход — применить оружие массового уничтожения, против которого у крестьян нет никаких средств защиты. Тухачевский спешил использовать его скорее и одновременно на всех боеучастках губернии. Газы должны были использоваться в местах наиболее интенсивного сопротивления повстанцев, а также в лесных массивах, куда доступ войск был наиболее затруднен. В лесных массивах находилось особенно большое сосредоточение партизан и, так как против них нельзя было применить многих видов оружия, их оттуда надо было выкурить на открытую местность, где можно применить авиацию, бронетехнику, кавалерию и автомобильные части — этого всего у партизан не было. Уже первые применения газов показали, что, не имея средств защиты, крестьяне, до сего времени не знавшие этого вида оружия, испытывают перед ним панический страх, так как оно действовало в основном на психику. Вот один из этих приказов по 6-му боеучастку. Этот район был особенно отмечен стойким сопротивлением партизан.

Совершенно секретно

Копия Тамбовскому губвоенкому

ПРИКАЗ

войскам 6-го боевого участка Тамбовской губернии N 43

28 июня 1921 г. с. Инжавино
Для сведения и руководства объявляю краткие указания о применении химических снарядов.

1. Химические снаряды применяются в тех случаях, когда газобаллонный выпуск невозможен по метеорологическим или топографическим условиям, например, при полном отсутствии или слабом ветре и если противник засел в лесах в местах, труднодоступных для газов.

2. Химические снаряды разделяются на 2 типа: удушающие и отравляющие.

3. Быстродействующие снаряды употребляются для немедленного воздействия на противника, испаряются через 5 минут.
Медленно действующие употребляются для создания непроходимой зоны, для устранения возможности отступления противника, испаряются через 15 минут.

4. Для действительной стрельбы необходим твердый грунт, так как снаряды, попадая в мягкую почву, не разрываются и никакого действия не производят. Местность для применения лучше закрытая, поросшая негустым лесом. При сильном ветре, а также в жаркую погоду стрельба становится недействительной.

5. Стрельбу желательно вести ночью. Одиночных выстрелов делать не стоит, так как не создается газовой атмосферы.

6. Стрельба должна вестись настойчиво и большим количеством снарядов (всех батарей). Общая скорость стрельбы не менее трех выстрелов в минуту на орудие. Сфера действия снаряда — 20–25 квадратных шагов. Стрельбу нельзя вести при частом дожде и в случае, если до противника не более 300–400 шагов и ветер в нашу сторону.

7. Весь личный состав батарей должен быть снабжен противогазами.

Инспектор артиллерии С. Косинов

Начальник 6-го боевого участка Павлов

Из этих всех документов видно, что химическое оружие применялось постоянно, начиная с конца июня 1921 года и, по всей видимости, вплоть до осени 1921 года. Бои между партизанами СТК и властью коммунистов носили ожесточенный характер. Партизаны не давали отдыха своим врагам, нанося им большой урон, днем и ночью. Над очагами сопротивления, как вороны, кружили аэропланы Тухачевского, сбрасывая не только бомбы, но и листовки, предлагая сдаваться в плен. Но это только придавало ярости повстанцам, и они сражались с удвоенной силой. За одну только операцию по подавлению крестьянского восстания в Тамбовской губернии большевики выдали, как позже выяснилось, больше орденов Красного Знамени, чем за всю гражданскую войну, один только бронеотряд, в основном состоящий из мадьяр, австрийцев и немцев, их получил 58 штук. Число своих войск коммунисты довели здесь до размеров всей белой армии генерала А.И. Деникина — и все это только на одну губернию России. В советских газетах сплошь и рядом красовались такие заголовки, как: «Губерния объявлена на положении Кронштадта!», «Мы уничтожаем семьи бандитов — они должны отвечать за них» и т.д. «Травить их удушливым и отравляющим газом!» — так тогда писала тамбовская коммунистическая пресса. Полномочная комиссия ВЦИК РСФСР издала свое знаменитое постановление за N 130, в котором предписывала убивать население восставшей губернии, а семьи без всяких скидок на любой возраст направлять в концлагеря, что, по сути, являлось также уничтожением. Рекомендовалось брать заложников, а потом расстреливать и их, то есть людей, которые даже не принимали участие в восстании. Перед расстрелом их заставляли расписываться каждого в списках против своей фамилии. Вот один из приказов Тухачевского о заложниках:

ПРИКАЗ

Командующего войсками Тамбовской губернии

Поезд командующего

7 июля 1921 г.

Разгромленные банды прячутся в лесах и вымещают свою бессильную злобу на местном населении, сжигая мосты и прочее народное достояние.

В целях сохранения мостов Полномочная Комиссия ВЦИК приказывает:

Первое: немедленно взять из населения деревень, вблизи которых расположены важнейшие мосты, не менее 5 заложников, коих в случае порчи моста надлежит немедленно расстреливать.

Второе: местным жителям организовать под руководством ревкомов оборону мостов от нападений бандитов, а также вменить в обязанность исправление разрушенных мостов не позднее, чем в 24-х часовой срок.

Третье: настоящий приказ широко распространять по всем деревням среди населения.

Командующий войсками Тухачевский

**************

Кто здесь жил?

Многие русские села Тамбовщины были вообще стерты с лица земли. И даже не у кого было спросить: «Кто здесь жил?» Нет села и нет людей, которые когда-то здесь жили.

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

N 116 от 23 июня 1921 г.

В намеченные особо опасные бандитские районы Тамбовской губернии, куда выезжает представительство политкомиссии и особого отдела. Вместе с воинскими частями, предназначенными для зачистки (интернационалисты), по прибытии на место вся данная волость оцепляется войсками и в ней вводится осадное положение. Берутся заложники из числа наиболее видных людей (священники, учителя, фельдшеры и т.д.). Затем собирается волостной сход, на котором зачитываются приказы за NN 130 и 171, а также приговор этой волости. Всем ее жителям дается два часа на выдачу оружия с скрывающихся бандитов и их семей. Все население волости ставится в известность, что в случае отказа в выдаче все заложники будут расстреляны. Если через два часа не будет выдано оружие и все те, о ком идет речь, то опять, повторно собирается сход и на глазах его участников производится расстрел заложников. И все начинается с начала и так до тех пор, пока не будут выданы все, о ком идет речь. Все оставшиеся пропускаются через опросные комиссии, за отказ дать ей сведения — расстрел на месте. В это время всякий въезд и выезд в волости запрещен.

Председатель полномочной комиссии ВЦИК РСФСР

В.А. Антонов-Овсеенко

Командующий войсками Тамбовской губернии

М.Н. Тухачевский

ПРИКАЗ

Полномочной комиссии ВЦИК N 171

1. Всякого, кто отказывается называть свое имя, расстреливать на месте.

2. Семьи, в которых может быть спрятано оружие, властью уполномоченного объявлять заложниками и расстреливать на месте.

3. В случае нахождения оружия расстреливать всех на месте.

4. Семья, в доме которой укрывается бандит, вся поголовно подлежит аресту, а имущество их конфискуется. Старший работник в семье расстреливается на месте, а семья высылается.

5. Всякая семья, укрывавшая членов семьи или имущество «бандитов», рассматривается сама как «бандитская». Старший работник в этой семье расстреливается на месте.

6. Крестьянам, указавшим семью, в которой укрывали «бандита» переходит все имущество этой семьи, а эта семья арестовывается и подлежит высылке. Старший работник этой семьи расстреливается на месте.

7. В случае бегства семьи «бандита» ей объявляется розыск, а имущество распределяется среди верных советской власти крестьян.

Оба этих приказа приводить в жизнь беспощадно.

Шли годы, и все советские архивы каждый год подвергались чистке, из них изымалось все, что проливало свет на преступления коммунистов против русского народа. Коммунисты уже однажды были научены горьким опытом, когда архивы ЧК попали в руки деникинской контрразведки и была создана специальная комиссия по злодеяниям ЧК. Эта комиссия опубликовала за границей все попавшие в ее руки документы ЧК, и мир содрогнулся от ужаса. Тамбовский архив, как и все остальные, также был подвергнут тотальным чисткам. А сколько было всего того, что никогда не отражалось ни в каких документах? Вот как об этом говорил один из тамбовских чекистов, некто Гольдин: «Для расстрела нам не надо никаких доказательств и допросов, а также подозрений и уж конечно никому не нужного, глупого делопроизводства. Мы находим нужным расстреливать и расстреливаем». Вот и все. Чего еще проще. Нет человека и нет проблем.

Два больших концентрационных лагеря во время зачистки были организованы коммунистами в самом губернском центре — Тамбове. Один был стационарный, по соседству с тюрьмой, там, где сегодня находится исправительно-трудовая колония (так как свято место пусто не бывает), а другой на противоположном берегу Цны, напротив Казанского монастыря, где в то время размещалась Тамбовская губернская ЧК. Оба этих лагеря, как и все в губернии, были организованы по приказу будущего маршала Советского Союза. В первом стационарном концентрационном лагере была в свое время жена партизанского главкома Токмакова — Анастасия Дриго-Дригина. Второй лагерь носил название полевого, потому что все узники его сидели на большом заливном лугу, не имея над собой никакой крыши. Крышей лагеря было само небо, и оттуда светило солнце и лили дожди. Со всего Тамбовского уезда в эти лагеря везли беспрерывно детей, стариков и женщин, и это все были семьи участников сопротивления. Оба этих лагеря охранялись наемниками китайцами, латышами и мадьярами, которых коммунисты считали полезной охраной из-за того, что они почти не знали русского языка и были абсолютно несговорчивой охраной. Смерть от голода не покидала этих мест. Заключенных кормили сыро-гнилой картошкой, свеклой и другими сырыми овощами. Всех детей у матерей изымали и они находились в разных лагерях, оставляли матерям только грудных младенцев, которые первыми умирали, так как у голодных матерей пропадало молоко. Вскоре второй полевой лагерь разбух от заключенных в него людей и чекистам пришлось открыть его филиал в самой черте города, неподалеку от ГубЧК на нынешней Кронштадской площади, где когда-то находилось старинное казачье кладбище.

Эта площадь тогда называлась Покровской, по имени находящихся на ней двух храмов Святого Покрова, один из них был разрушен коммунистами перед II мировой войной, а старый казачий стоит и по сей день. Во время основания крепости Тамбов здесь находилась Покровская казачья слобода и казаки несли караульную службу по Татарскому валу, охраняя крепость Тамбов на ближайших к нему подступах от набегов кочевников с Дикого поля. Во времена императрицы Екатерины II всех казаков с Покровской слободы перевели на новые рубежи Российской империи, на Кубань и Терек. А казачье кладбище было закрыто по указу Сената от 1771 года и прекратило захоронения в 1880 году, постепенно превратясь в площадь.

Вот на этой площади коммунисты и решили основать филиал второго полевого лагеря. Площадь обставили по периметру крестьянскими телегами и подводами. На балконе Духовной семинарии установили пулемет, а второй — на одной из двух церквей, таким образом и был готов филиал второго полевого концлагеря Тамбова. А затем пригнали со всего уезда детей, женщин и стариков. Режим филиала второго лагеря был ужасен ввиду того, что он находился в черте самого города, всякое передвижение по нему во весь рост было запрещено и китайцы и латыши стреляли на поражение во всякого, кто только вставал на ноги. Люди сидели плотно на его территории, как селедка в бочке. Отхожих мест не было и каждый из них оправлялся на том же месте, где сидел, зарывая в землю все испражнения. Латыши и китайцы привозили на подводах гнилые овощи и лопатой их разбрасывали в гущу сидящих людей. Доставалось тем, кто был с краю, а в глубине лагеря умирали беспомощные старики и больные. Трупы умерших вывозили не каждый день, и они разлагались на солнце, источая трупный запах. Обезумевшие от голода люди эти трупы ели. Некоторые вставали во весь рост, пытаясь попасть под пули охраны, но те скоро перестали по ним стрелять, так как поняли их намерение уйти из жизни. На место умерших пригоняли новых людей. Был неудавшийся побег детей школьного возраста, которых всех покосил пулемет с балкона Духовной семинарии. Первые жертвы — это старики и грудные младенцы, умершие от голода.
Одна старая женщина, еще недавно жившая в одном из близлежащих домов, который находился в десятке метров от периметра лагерного оцепления телег, и в то время еще бывшая девочкой, рассказала такую историю. В лагере была молодая крестьянка с грудным ребенком. Звали ее Паша, или Даша, она всегда находилась на одном месте и оставалась долго живой потому, что жители кидали ей вареную картошку в мундире, початок вареной кукурузы, иногда корку хлеба, стараясь ее поддержать. Но вскоре у нее умер младенец, и она сошла с ума. Она его баюкала на руках, кутая в теплый платок, как живого. Жители близлежащих домов жалели ее, говоря: «Умер ребенок, сама тронулась головой, а ребенка мертвого не бросает — мать». Прошла неделя, как у Даши умер ее младенец, и вот однажды кинули что-то поесть, она наклонилась, чтобы это поднять с земли, но у мертвого ее ребенка отвалился кусок мяса. Бедная мать схватила его и со слезами на глазах стала прикладывать его на место, а потом с криком кинулась бежать в середину лагеря, больше ее никто не видел, по всей видимости, там и умерла.

На Покровской площади — старом казачьем кладбище — скончалось за короткое время много народу. Среди лагерников вдобавок к голоду еще началась и какая-то эпидемия. Больше половины узников были дети. И санитарный врач Тамбова доктор Юстов сказал чекистам, что эпидемия может перекинуться и на город и ее жертвой могут быть и они. Лагерь вскоре был убран из города, но участь оставшихся еще в живых людей не изменилась, их просто перевели умирать в другое место. Многие тюрьмы соседних с Тамбовом городов были битком набиты семьями повстанцев. С десяток тысяч их полуживых удалось довести до Соловков, а потом их встречали на Урале в Вишерских лагерях смерти, пока они все не затерялись в лихоманке советских лагерей. Осенью 1921 года в Олонецкий край в северные лагеря людей везли раздетых и разутых. Часто они прибывали туда уже трупами, замерзнув в неотапливаемых вагонах. Эшелоны с ними везли на Кольский полуостров и Архангельскую губернию, куда они, как правило, уже не доезжали. Так что и там, в этих северных краях остаются лежать косточки тамбовских крестьян.

Господи, помяни их всех за их нечеловеческие муки…

**********************

«Красная Соня» и другие нелюди

События на Тамбовщине развивались, конечно, не везде одинаково, но однозначно народ хотел законной и твердой власти и не хотел признавать уголовников.

О следующем случае, который сохранила память, рассказали жители села Козловка. Туда пришел такой же «летучий отряд», в задачу которого входило установление советской власти и, как водится, ограбить сельские лавки и чайное заведение. Придя на место, коммунисты согнали всех к церкви на сход. Комиссар этого отряда в пенсне с черной бородкой, на вид добрый дядюшка, кряхтя влез на тачанку с пулеметом и обратился к собранным крестьянам с речью. Он сказал, что отныне у них теперь будет советская власть, от которой им ничего, кроме хорошего, не будет, а поэтому нужно будет им создать совет из местных жителей. Дальше он попросил, чтобы сход назвал ему всех уважаемых людей.

Крестьяне, переговорив между собой, решили так, что если в этом совете будут хорошие и всеми уважаемые люди, то пусть будет совет. И начали называть имена всех уважаемых людей.

Когда были названы все, комиссар ласковым голосом предложил всем названным выйти к тачанке. Когда вышли все, их сразу же взяли в кольцо китайцы и, щелкая затворами своих винтовок, стали оттеснять к церковной стене. Раздалась команда и прозвучал винтовочный залп. Среди народа раздался женский истошный вопль, а затем заголосили и все остальные женщины.

Мужики, шокированные произошедшим, не могли прийти в себя от такой подлости комиссара. Выходило, что они ему выдали на смерть всех, кого уважали.

Первыми на китайцев и остальных отрядников кинулись бабы, а потом опомнились и мужики, похватав оглобли и колья. Раздались беспорядочные выстрелы, но народ своей массой уже смял Красную гвардию. Комиссар кинулся к пулемету, но у того перекосило ленту.

Озверевший народ, отбирая у китайцев винтовки, забивал их оглоблями и колами, топча ногами под вой и крики. Было убито помимо расстрелянных несколько баб и один ребенок четырех лет.

Вскоре отряд весь был уничтожен озверевшей толпой, а комиссара чуть живого с выбитыми глазами мужики подтащили к козлам для распиловки дров и кинули на них. Держа голову и ноги комиссара, вопящего от боли, его распилили пилой-поперечкой живого пополам.

Как говорит русская пословица: «Что посеешь, то и пожнешь».

«Сегодня еще помнят во многих деревнях и селах «Красную Соню» (С.Н. Гельберг),
которая командовала «летучим отрядом», состоявшим из революционных матросов, анархистов и мадьяр.

«Красная Соня» начала действовать весной 1918 года. Приходя в деревню или село, она в первую очередь приступала к ликвидации всех вышеназванных лиц и создавала там советы в основном из пьяниц и люмпенов, ибо трудовые крестьяне туда входить не хотели.

«Красную Соню» еще звали «Кровавой Соней» — оба этих прозвища она вполне заслужила, так как любила собственноручно расстреливать офицеров, священников и гимназистов. Это она проделывала с огромным удовольствием.

«Красная Соня», по всей видимости, была не совсем психически нормальна, так как любила наслаждаться мучениями своих жертв, расстреливая их на глазах жен и детей, да еще всячески глумясь над своими жертвами.

Молва народа о ней разлеталась не в одном уезде, и люди, никогда не видевшие ее в глаза, хорошо знали о ней. После ее ухода из села созданные ею советы тут же сами разбегались, а она направлялась в новые места. Там она опять мучила и расстреливала людей.

Для крестьян все это было ново и не вызывало никакой радости. Так они воочию столкнулись с тем, как создавалась советская власть. И тамбовские крестьяне не хотели для себя такой власти. А коммунисты хотели подчинить их страхом и, запугав, склонить силой на свою сторону, дав понять, что с ними шутки плохи.

Однако скоро ужас от первых выступлений Сони и других ей подобных стал сменяться волей к сопротивлению. Многие крестьяне побывали на фронтах мировой войны и привезли с собою оружие. Там, где еще не побывали «летучие отряды» новой власти, крестьяне начали создавать самооборону. Они посменно стали дежурить на колокольнях церквей, откуда был хороший обзор близлежащей местности, и установили связь с соседними деревнями и селами, с которыми можно было объединиться и дать отпор этим наглым установителям новой власти.

При приближении к селу или деревне «летучего отряда» крестьяне оповещали колоколом свою деревню и посылали мальчишек в близлежащие деревни за подмогой, а сами занимали оборону. Прочно заняв позиции, они вступали в бой с «летучками» и ждали подмоги от соседей, которая обязательно подходила.

Так, ранней весной 1918 года, начиналась крестьянская война в Тамбовской губернии, которая продлилась более трех лет. Отряд «Красной Сони» вскоре был разбит и уничтожен крестьянами, а Соня была взята живой и невредимой, и по приговору нескольких сел посажена на кол, где ей пришлось умирать в течение трех дней.

Так жестокость порождала ответную жестокость.

0

8

http://tvcccp.ru/chekist/     Смотреть онлайн. Кроме женщин и детей. Рекомендую, кто ещё не видел.

0

9

http://s2.uploads.ru/t/wo4I8.jpg
Бой шел в той же полосе,что и накануне,где были оставлены раненые..Их находили раздетыми,обезображенными,с выколотыми глазами и отрубленными головами,некоторых сожженными за-живо..Среди прочих была замучена одна из девушек-прапорщиков,вступивших в Добровольческую армию еще перед началом первого похода,-восемнадцатилетняя Юлия Пылаева__http://s2.uploads.ru/t/jgS2W.png                            _____Марковцы дрались отчаянно.Увиденное на поле придавало бойцам жестокости и силы.....

0


Вы здесь » ВИК Марковцы » Исторический » Красный террор в годы гражданской войны